Книга НИИ особого назначения, страница 77 – Саша Фишер

— Так это что же, получилось, что ученые из третьей группы ставили глушилку, чтобы поработать без лишних глаз и ушей? —спросил я.

— Там все немного сложнее, но для простоты можно считать, что так и есть, — кивнул Роман. — И все бы ничего, но у этого решения получился не очень приятный побочный эффект. Слишком много всего стало оставаться за кадром.

— Не все ученые использовали глушилки и слепые пятна, чтобы поработать? — понимающе покивал я. — Некоторые начали строить реальные заговоры?

— Все верно, — кивнул Роман.

— Настя вовсе не поддельный особист из лаборатории научного оккультизма, да? — спросил я. — Настя из вполне настоящих спецслужб, верно?

— Давай сделаем вид, как будто я не слышал этот твой вопрос или пропустил его мимо ушей, — Роман мне подмигнул. Ну вот, у картины моей реальности стали появляться реальные контуры. Я подышал на руки и потер ладони друг о дружку. Не месяц май, фигли… Хотя, если задуматься, то еще неизвестно, когда в Карелии холоднее, в мае или в октябре.

— А о том, какая на самом деле была цель достать меня из моего мира, ты тоже пропустишь мимо ушей? — хохотнул я.

— Клим… — замялся Роман. — Мы планировали с тобой поговорить, но… Понимаешь, я же правда просто физик. Я хороший физик, но ты задаешь вопросы, которые не совсем в моей компетенции. Мы рассчитывали, что наш разговор долже состояться примерно через месяц, когда… Как бы тебе сказать… Граница тридцать два — место опасное, и нужно было сначала убедиться, что ты… В общем, должен был полностью закончиться период твоей адаптации, и только потом…

— Если месяц протяну, то можно и вербовать, да? — хохотнул я. И понял, что попал в точку. Роман снова смущенно замолчал.

— А почему вы думали, что через месяц я соглашусь? — спросил я. — Ведь за месяц ребята из «Нимфы» успеют стать моими боевыми товарищами, и стучать на них мне будет как-то совсем не комильфо.

— Кажется, я зря за это взялся, — вздохнул Роман. Потом поднял на меня извиняющийся взгляд. — Видишь ли, если станет известно, как именно ты к нам попал, то велик шанс, что тебя сначала поместят в карантин, а потом… гм…

— Утилизируют, как результат неудачного эксперимента? — покивал я. — Рома, да перестань ты со мной миндальничать, я не барышня впечатлительная! Иногда я даже неплохо соображаю, хотя со стороны выгляжу дурак дураком. Итак, вам понадобился шпион среди парней и девчонок, которые ходят в «тридцать вторую»,потому что у вас возникли подозрения, что они слишком уж хорошо научились скрывать свою деятельность. Настолько хорошо, что это перестало помогать работе, и даже начало немного вредить. И по каким-то причинам вы не могли туда отправить местного уроженца. Пришлось что-то изобретать, и вы нашли меня. Которого вы ухватили за глотку, в том смысле, что если все раскроется, вас, как ценных ученых, пожурят, ну или в крайнем случае наденут на вас следящие браслеты и сунут в принудительный НИИ на перевоспитание, а меня сунут в печь, чтобы я вам тут пространственно-временной континуум н нарушил. Как там моя бабушка говорила? Попала собака в колесо, пищи да бежи.

Я замолчал. Роман сидел на скамейке, зажав замерзшие ладони между коленями. На меня не смотрел. Прав ли я был в этих своих словах? Или может быть, хитрый Рома, с этим своим смущенно-виноватым видом сам меня подвел именно к этим выводам? И сейчас, сказав вслух все эти страшноватые вещи, я не злюсь, что со мной сыграли втемную и навешали лапши на уши, а даже наоборот. Меня как будто все устраивает. Я прислушался к себе. Ну да, натурально. Мне все нравится. Даже под страхом бесславной смерти. Мол, а что такого? Работа интересная, сослуживцы — отличные ребята. Колени больше не болят. Да что там колени! Вообще ничего не болит, благодаря каким-то там ингибиторами теломеразы и их волшебному действию на человеческий организм. А может именно в этом все и дело?