Книга НИИ особого назначения, страница 45 – Саша Фишер

— Долго нам ехать? — спросил я, забираясь на пассажирское сидение.

— Минут сорок, — отозвался Эмиль. Двигатель зафырчал, как только он сел на место водителя. — Дорога так себе, такчто пристегнись.

— А что там, учебка какая-то? — спросил я.

— Да нет, какая еще учебка? Мы же не армия, — Эмиль выкрутил руль и аккуратно повел «ОЗО» между рядами машин. — Мы же не армия. У нас индивидуальный подход. Специфика такая, понимать надо.

— А центрифуга и прочее? — спросил я.

— Там же, на месте, — сказал Эмиль. — Тренировки нам все время нужны, так что полигон у нас свой. Когда в «тридцать вторую не ходим», тренируемся. Чтобы… Ну, сам понимаешь.

Я не понимал. Ну, то есть, понимал, но пока не очень. Эти все пространственно-временные флуктуации были пока что чем-то из области научной и не очень фантастики. И центрифуга еще зачем-то. На истребителях нам что ли летать придется? Я заткнул мысленный фонтан тупых вопросов. Какой в них смысл? Скоро все узнаю.

Сначала дорога была неплохая. Нормальный асфальт. Ну, виляет, как и всегда в Карелии. Но потом мы свернули с основной дороги на свороток под аркой деревьев, и вот тут началось. Подвеска у «ОЗО» была, прямо скажем, жестковата. А вел рыжий, не особо огибая торчащие из земли валуны и ямы. Бесстрашно форсировал лужи, в повороты вписывался на полной скорости. Будто задался целью ехать так, чтобы меня максимально швыряло из стороны в сторону.

Хм. Не показалось. Он явно делал это специально. После каждого экстремального виража поглядывал на меня с оценивающим прищуром.

Логично. Куратор же. Прикидывает, что за «мясо» ему досталось. Это нормально.

Мы вывернули из-под сени деревьев на ровный участок. Почти как стол, если не считать разбросанных то тут, то там круглых валунов в высокой пожелтевшей траве. Поблескивали зеркальца воды. Торчали в художественном беспорядке тощие одинокие сосны. Я открыл рот, чтобы что-то спросить, но почти сразу забыл вопрос. Слева над темной стеной леса медленно вспухало серое с темно-зелеными проблесками грибовидное облако. Эмиль не обратил на это явление никакого внимания, а вот я несколько… обалдел.

— Близко к тридцать второй проезжаем, — сказал Эмиль. — Мухоморня маячит. Ды ты не тушуйся, Клим, ты же новичок. Я когда первый раз внутрь попал, чуть в штаны не наложил.

— Мухоморня — это потому что на гриб похоже, или там мухи мрут? — спросил я.

— Грибы потому что, — сказал Эмиль. — Мрут там мухи или нет, мы пока не знаем. Только визуально наблюдали,пройти дотуда не удавалось. А с этой стороны входа нет.

— А почему тридцать вторая? — спросил я. — Где-то есть еще тридцать одна… эээ… флуктуация?

— Нет, такого больше точно нигде нет, — Эмиль оскалил в улыбке два ряда безупречно-белых зубов. — А номер — это из каталога изучаемых явлений. Номер дела, как в милиции, понимаешь? Попадает нашим ученым что-то, чему пока не придумали название, его заносят в реестр и присваивают порядковый номер.

— Слушай, а можно спрашивать о том, как ты сюда попал? — я ухватился за ручку над дверью, чтобы не треснуться башкой об потолок, потому что машину в этот момент подбросило.

— Да какой же это секрет? — сказал Эмиль. — Доброволец, как и все! Я работал на стройке, а тут призыв. Мол, требуются отчаянные ребята на особо опасную работу на передовой советской науки. А я всегда мечтал, но меня интеллектом природа обделила. Зато с физическими параметрами порядок. Вот и ломанулся в первых рядах.