Онлайн книга «Ни кола ни двора»
|
— Берите-берите, — сказала я. — Не стесняйтесь,это для вас. Я протянула Наташе щенка, она погладила его, а потом вдруг обняла меня так, что едва кости не хрустнули. — Спасибо, Рита! Тем временем, маленькие мародеры уже раздербанили мою сумку. Они лихо, как настоящие бандиты, выуживали свой "товар" и передавали друг другу, довольно складно. Я даже подумала, что на моих глазах не завяжется драки, но все это потому, что мои вещички казались им простыми и не самыми клевыми. Попрыгунчики вообще гуляли по рукам и не вызывали видимого интереса. А вот за железную дорогу почти разразилась настоящая кровавая баталия между аж четырьмя мальчишками. Я заверещала: — Так, ребята, подождите! А Маргарита Семеновна просто подошла и разняла их, запустив руки в самую гущу схватки. — Железная дорога, — сказала Маргарита Семеновна. — Достается Соловьеву, потому что он не драчун. И коробка ушла к мальчику в очках, невероятно всей ситуацией довольному. Мои игрушки были хорошие, дорогие (даже больше моему сердцу, чем в целом), но все-таки — старые. И при свете дня, когда померкло солнце моей ночной экзальтированности, я видела, что не все из них выглядят хорошо, как бы я ни старалась. Стыднее всего было за котенка с оторванным кусочком уха. Совсем маленьким, но я видела, что девочка, которой он достался, это заметила. Я едва успела выхватить из сумки свою куклу и прижать ее к себе. — А можно мне эту? — спросила милая, веснушчатая блондиночка. — Прости, — сказала я. — Это для одной очень больной девочки. Отдельный подарок. Блондинка расстроилась, а вместе с ней и все остальные девочки. — Если хочешь, я привезу тебе в следующий раз похожую, — сказала я быстро, и лицо девочки просветлело. Мне показалось, я всех разочаровала, мои подарки им не понравились, один прыгунок так и валялся в углу, и раздала я их тупо, и вообще. Но, внезапно, дети снова меня облепили. — Спасибо! — Спасибо, Рита! — Рита, приходи еще! — Ты хорошая! Я стояла и гладила их головы с мягкими, по-детски жидковатыми волосами. — Ну-ну, — говорила я. — Ну-ну. — Кажется, вы опаздываете на урок, — сказала Маргарита Семеновна и секунду спустя, как по заказу, зазвенел звонок. А я думала, прошла целая вечность. Дети унеслись так же быстро, как раздербанили мои подарки. Только одинокий прыгунок так иостался лежать в углу, я подобрала его, ударила об пол и поймала. — Первый раз? — спросила Маргарита Семеновна. — Да, — сказала я, прижимая к себе куклу, будто сама стала маленькой девочкой. — А почему они меня обнимали? Не особо-то им и понравились игрушки. — Им понравилось внимание, — сказала Маргарита Семеновна. — Внимание они любят. Указка так и гуляла в ее руках, но почему-то я решила, что приятна ей. — Стресс? — засмеялась она. Такая красивая женщина, просто удивительно при этом, насколько зажатая. — Какая ты бледнющая. Хочешь "Сникерс"? У меня сейчас окно. — А? Да, спасибо. Я согласилась, скорее, потому, что отказаться было неловко, но вот мы уже сидели с ней, я на первой парте, а Маргарита Семеновна — за учительским столом. На доске висели нотные листы, сцепленные друг с другом, на них — большие, нарисованные тушью ноты. Я так и не поняла, украшение это или настоящая мелодия. Маргарита Семеновна рылась в лакированной, блестящей в лучах солнца сумке, потом достала два "Сникерса", один протянула мне. Я послушно стала его разворачивать. Она засмеялась: |