Книга Ловец акул, страница 90 – Дария Беляева

Был Сеня Жбан невероятным занудой.

Я кивнул, засовывая в рот половину бутерброда.

— Так, дальше. Ханка на твои нужды — это включено в расходы, из твоей зарплаты вычитается.

— Зарплаты? Серьезно?

— Твои отсюда будут во, — Сеня открыл тетрадь, достал из кармана барсетки ручку, щелкнул ей и написал цифру.

— Это процентов двадцать где-то. Зарплата плавающая, когда меньше, когда больше, но, чтоб примерно тебя сориентировать. Жилье у тебя есть, доза есть, а это все так, пожрать, девку снять.

На Сене был фиолетово-синий спортивный костюм, выглядел он, как самый пьющий на свете учитель физкультуры, да и выбрит был не слишком гладко, но потрясающей цепкости новой эпохи, вызывающей уважение, этого у него было не отнять.

— Только без глупостей, — сказал мне Сеня Жбан, отхерачив крышечку от пива о край стола. — Будешь приторговывать на стороне, я тебя закрою, без базара вообще.

— Да что ты, — я махнул рукой. — Человек я наивный, не боись.

— Из жалости им в долг не давай. Не вернут никогда. Живут, скотины, одним днем, сегодня проставился, а завтра — хоть трава не расти.

Уголки глаз у Сеньки Жбана слезились, словно у старушки, вечно воспаленные, вечно красные, с цитриновыми капельками на них, они делали Жбана необычайно лирическим героем.

— Понял, не дурак, — ответил я. — Никакой жалости. Пинать их не надо?

— А ты не ерничай, молодой человек, — сказал Сеня Жбан, оставив меня в легком удивлении от высокого стиля, на который он перешел. — Тем более, что ничего смешного тут нет. Вообще. А есть трагедия человеческойсудьбы.

Сеня отхлебнул пива, взял еще бутерброд.

— Нам с тобой лучше друганами быть, — сказал он.

— Это без проблем. Я всем друг.

— Вот этого не надо. А то загрызут тебя, жалко будет.

Он потер глаза, снял слезки, не в том смысле, что ему уже меня жалко стало, а какая-то ж у него была болезнь глаз.

— Ханыч я привез, — сказал он, наблюдая за моей реакцией. Я постарался выглядеть как можно более разумным, в целом получилось.

— Ну и отлично.

Мы помолчали, я отпил пива и, спустя некоторое время, спросил:

— Слушай, а что случилось с моим коллегой?

— А, с Саней-то? Ну, его торч один пристрелил. Уж я не знаю, где он волыну достал, может, родич какой-то ментяра, но вот так. Повезло, что товара оставалось совсем мало.

А вот Сане не повезло.

— А где сейчас этот партизан?

Сеня Жбан перекрестился.

— С Саней разбираются, дай Бог им обоим. Ну да ладно, не будем о грустном. Весами пользоваться умеешь?

— Весами? — спросил я. Не, весы я вчера нашел на кухне, древние еще, с гирьками, какие я в детстве очень хотел, чтобы с ними играться. Я подумал, это типа для муки, или чего там.

— Весы аптекарские, — сказал Сеня важно. — Ты же должен фасовать, да и им вешать. Сможешь обжулить — давай, но только, если уверен, что неадекват перед тобой. Нам важно лицо фирмы, ты понимаешь? Важно, чтоб ты был заинтересован в качественном обслуживании. В том, что на западе называют сервис. Ты специалист, Васек. Спе-ци-а-лист.

Ну, это Сеня Жбан уже загонялся. Короче, с весами мы сидели долго, он мне показал облегченные гирьки, как весы настраивать и вообще всякие фокусы. А кроме того, называл расценки, которые я обязался запомнить крепко и не нарушать.

— А что не электронщина-то?

— А ты что в Нью-Йорке ниггам крэк толкаешь, что ли? Работаем с тем, что есть. Выкручивайся.