Онлайн книга «Терра»
|
Он сел на кровать, и я подошел к нему. – Ну, слушай, глянь-ка на меня. Духи ж не дураки. – Дураки они, иначе на хрена человека создали и все разрушили? – Ну, были дураки, да исправились. Если б летучих мышей создали, чтоб только ужасы приумножать, вы вымерли б давно. Вас бы волки и перебили всех. – А ты думаешь, чего нас так мало? Мы оба засмеялись, только Мэрвину-то весело не было. Я не знал, что ему сказать. – Я верю, – ответил я, наконец, – что хоть что-нибудь в этой ебаной Вселенной должно быть устроено хорошо. – Ты меня, если что, правда выруби. – Да с радостью. К ночи у Ванды завелись клиенты, и мы ретировались. Я подумал, можно уже и домой вернуться. Снова зарядил дождь, и не погуляешь. Можно было б, конечно, к ребятам в теплопункт забиться, да только ехать никуда не хотелось. Ничего не делали, а вымотались вконец. Мы с Мэрвином брели под дождем, ели мокнущие бургеры, запивая их дождевой водой – только рот открывай. – Но ты же все еще мой лучший друг? – Не. Ты мне не нужен. Уходи. – Серьезно, Боря, послушай. – Не хочу уже тебя слушать. Я тебе сказал: мне все равно, даже если у тебя бешенство. – Ты не мудрый. От него и вакцины нет. Бургер размок совсем, стал противный, я постарался побыстрее запихнуть его в рот, Мэрвина это ужасно рассмешило. И забыл он о печали своей. В нашей высотке горело уже много-много окон, а мы так продрогли и промокли, что мне было почти все равно, встретим ли мы мисс Гловер. Впрочем, в такое время она обычно уже спала. Мы поднимались, обсуждая польско-русскую дружбу вообще и нашу в частности, чего-то друг над другом подтрунивали, и тут все как рукой сняло. Добравшись до последнего этажа, мы увидели Алеся. Он стоял на лестничной клетке, курил, глядя куда-то вверх, на рассеянный свет от люминесцентной лампы. Так мы и остановились, глядя на него. – Ты что тут делаешь? Он мог бы сказать «вас жду» или еще что-нибудь такое. Я бы, наверное, так сказал. Ой, про какую только ложь не думаем, что она святая. Алесь поглядел на нас, пожал плечами. – Да просто. И так это тупо прозвучало, что во всем мы сразу уверились. Взгляд у Алеся был беззащитный и спокойный, этот его обычный неземной взгляд, с сумасшедшинкой такой. Это-то меня больше всего и поразило, не изменился он и кем-то другим не стал. Как не случилось ничего. Мы так и застыли, словно в фильме Тарантино, пялились друг на друга. И я вдруг прорычал: – Ты чего, сука, человека убил?! И кинулся на него, и все это показывалось мне чуток с другой сторонки, как на картине, у меня угол зрения будто бы сдвинулся. Дрались мы, может, минут пять, исступленно, зло, и хоть это скорее я Алеся бил, не сказать, что он был агнец безответный. Мэрвин и разнять нас не пытался. Стоял, должно быть, да пялился, может, ставки делал, а может, ни о чем не думал. Так оно, наверное, и полагается в глубоком шоке – ни о чем не думать. Потом Алесь исчез, и я долбанулся об пол, нос себе разбил. – Сука! – Боря! – Сука, я знаю, что ты здесь! Я про тебя все запомнил! Я утирал кровь, а она все хлестала и хлестала, как будто мне отец вмазал. Я и не думал о том, дома он или нет, выйдет ли на шум. Голос мой таким сумасшедшим эхо отдавался в подъезде. – Серьезно? Думаешь, дело хорошее сделал? Думаешь, можешь собой гордиться?! Мэрвин положил руку мне на плечо, ощутимо сжал. |