Книга Насквозь, страница 41 – Таша Строганова

Целоваться, упираясь коленями друг в друга, было не особо удобно. Поэтому в какой-то момент Ваня подхватил Рому под задницу и пересадил на себя.

Он сделал это совершенно неосознанно. А когда сообразил, то замер и вопросительно посмотрел на Бессонова. Но тот лишь устроился на его бёдрах удобнее, зажав их между своими коленями, и снова поцеловал.

Возбуждение нарастало с каждым новым поцелуем.

А когда Рома прошёлся губами по шее Ивана, прикусив недавний засос, тот застонал, стискивая чужую талию в ладонях.

Фигура у Бессонова была совсем не девичьей. И вот именно этот момент заводил Ваню совершенно не по-детски.

То, что ещё совсем недавно отталкивало и пугало, сейчас на контрасте абсолютно сводило с ума.

Член, уже твёрдый и готовый к чему-то большему, неприятно упирался в ширинку. А задница Ромы, которая крутилась рядом с ним и то и дело задевала, ничуть не помогала.

Ваня спустил руки ниже, стиснув Бессонова за бёдра, и удержал его на месте.

- Что? – срывающимся шёпотом выдохнул Рома, отрываясь от губ Вани. – Что-то не так?

Ваня нервно облизнул губы и покачал головой.

- Всё отлично, - собственный голос звучал глухо от накатившего возбуждения. – Даже слишком. Просто…

Он не знал, можно ли говорить прямо о собственной эрекции. Это было как-то тупо. Но с другой стороны, Бессонов же тоже мужик. Должен понять.

Рома и понял. Даже без пояснений.

Потому что положил ладонь на ширинку Вани и сжал его хозяйство прямо через ткань.

- Бля… - Ваня застонал, запрокинув голову.

Это простое прикосновение было как откровение. Не то чтобы его никто никогда не трогал. Но ведь это был не просто кто-то. Это был именно Рома.

Рома, который уже в следующую минуту снова жадно целовал его, запуская язык глубоко в рот, пока его рука, быстро справившись с молнией, ласкала абсолютно твёрдый и уже подтекающий смазкой член Вани.

От сонма ощущений у Вани всё искрило, а в глазах темнело. Это было слишком. Слишком сильно. Слишком хорошо.

Он понимал, что долго так не протянет. И не хотел быть эгоистом.

Прикосновение к чужому члену было ещёодним рубежом для него. Какой-то невидимой чертой, за которой, казалось, пути назад не было.

Конечно, он всё для себя решил ещё вчера. Но это всё же было посерьёзней, чем просто поцелуи.

Рома так сладко и глухо застонал в поцелуй, когда пальцы Вани коснулись его горячего, чуть бархатистого на ощупь члена, что все сомнения развеялись.

Сжимать его в своей руке оказалось до одури приятно.

Конечно, дрочить друг другу в такой позе было совершенно неудобно, но похуй. Они оба слишком завелись, чтобы обращать внимание на сведённые мышцы и затёкшие ноги.

Теряясь в собственных ощущениях, Ваня быстро двигал рукой по влажному от предъэякулята члену Ромы. Он чувствовал, что тот будто стал ещё тверже. Да и сам Иван готов был кончить уже вот-вот.

Они больше не целовались. Просто сидели, прижавшись друг к другу и жадно дыша открытыми ртами. Тяжёлое, сбивчивое дыхание заводило ещё сильнее.

В голове не осталось ни одной мысли.

Всё, на чём сейчас сосредоточился мир Вани, это почерневшие глаза Ромы, его горячие губы и его твёрдый член. И это, мать его, было прекрасно.

- Быстрее, давай, - почти беззвучно попросил Рома, подаваясь бёдрами чуть вверх.

И всё. У Вани сорвало все предохранители. Он сильнее двинул рукой, буквально в два-три толчка доводя Рому до разрядки, и сам кончил следом с чуть слышным стоном.