Книга Расслабься, это любовь, страница 25 – Ульяна Романова

– Довезу, как принцессу, с ветерком, – пообещал Алексей. – Иди садись, Юлька-свистулька, щас пацанов упакуем и поедем.

Он жестом показал на старенький «Фольксваген» и выдал мне ключи.

– Колян, пойдем, – потребовал Леха, уходя.

Второй обжег меня взглядом, покосился на Римира и мудро решил не спорить.

Я думала, что Мир пойдет за ними, но Соколов проводил меня до машины Лехи, забрал ключи, открыл и встал напротив, широко расставив ноги.

Балаклаву он не снимал, а я поймала себя на том, что смотрю в его глаза и не вижу больше ничего вокруг. Только Соколова с его этим нахальным взглядом, пробирающим до самой души.

– Ничего не бойся, поняла? Держись Леху, я освобожусь и сам тебя домой отвезу. Голова не болит?

Он снова протянул руку и обвел кончиком пальца мой синяк. Его глаза подернулись дымкой, а я многое бы в тот момент отдала, чтобы увидеть выражение его лица.

– Немного, – прошептала я, забыв, что нужно дышать.

– Мне пора идти. Что нужно делать, помнишь?

– Держаться Леху и дождаться тебя, – покорно повторила я.

– Умничка, – подмигнул Римир.

Опустил голову, резко развернулся и легкой, самоуверенной походкой пошел за угол дома.

Я же закусила губу и тихонько взвыла.

Права была вчера Серафима: нельзя мне его проверять, потому что, если наши предположения окажутся ошибочными, второй раз забыть о нем мне будет еще сложнее.

Юля

Леху пришлось ждать около часа. Я немного поерзала на сидении, посокрушалась, что согласилась ехать к ним сегодня, но…

Римир обещал сам отвезти меня домой, и это того стоило. И моя большая шишка на лбу – тоже. К слову, на ту самую шишку можно было списать мое глупое, влюбленное выражение на лице, пока розовые единороги в моей голове танцевали лезгинку от радости.

Но под ручку с единорогами пришли сомнения. Я привыкла быть для Римира невидимым полуросликом, и надеяться на что-то большее было банально страшно.

А что, если я сейчас себе все придумала, и он заботится обо мне, как о лучшей подруге сестры? И помогает и провожать вызвался только потому, что я для него все еще ребенок?

Единороги перестали танцевать и понуро повесили хвостики, а я решила плыть по течению и наслаждаться моментом.

Глупо переживать из-за того, что еще не случилось. Вот когда случится и Римир скажет, что я его не волную как девушка, – тогда и буду расстраиваться.

К единорогам присоединились бабочки, начиная какой-то хаотичный бешеный танец в груди, а я решила отвлечься и включила себе фильм на телефоне, чтобы ждать было не так скучно и навязчивые мысли о Римире хоть немного поутихли.

Сюжет проходил мимо меня, я глубоко ушла в свои раздумья и вздрогнула, когда Алексей сел за руль.

– Юлька-свистулька, о чем задумалась? – улыбнувшись, спросил он.

Я вытащила из уха наушник и переспросила:

– Что?

– Что смотришь, говорю? – легко «повторил» Леха, заводя мотор.

– Фильм про маньяка, – честно ответила я.

– А по тебе и не скажешь, – присвистнул Леха, – с виду одуванчик.

– Вот только давай без одуванчиков, – попросила я, приглаживая волосы и заглядывая в зеркало, чтобы проверить, не растрепались ли они.

Красавица, конечно! Шишка на лбу становилась все больше и ярче и, в принципе, мне теперь можно даже не краситься – меня и так издалека видно.

– До свадьбы заживет, – ободрил меня Леха. – Голова не болит?