Книга Беда опера Тихого, или Женюсь на тебе, рыжая, страница 36 – Ульяна Романова

В принципе, внутренне я была солидарна с тем, что отстать — нужно. Я не стала разбираться в первопричине своего желания. Возможно, в моей голове вместо тараканов завелись розовые бабочки, которые и продиктовали мне сегодня, как сыграть его жену на публику.

— Василек, ты не слышал, что ли? — буркнула я.

— Василек, значит. А похож, — засмеялся Леха.

И так посмотрел на меня, что стало неловко. Настолько, что я заерзала на стуле и отвела взгляд.

— Я знаю, — задрала я нос.

— Хиросима, он твой? — окончательно развеселился Алексей.

— Мой, — согласилась я, с удовольствием наблюдая, как вытягивалось лицо Лехи, — сосед. Мама над папой все время шутит, что он с мамой Василька ей изменил. Похож. На папу. Моего. Но хулиган…

— Я сейчас готов согласиться с твоей мамой. У твоего папы отлично получаются хулиганы, — заржал Леха.

— Папа маме никогда не изменял! А Василек на свою бабушку похож. Что? Я все неправильно сделала? Ты все еще ее любишь? Хочешь сохранить семью?

Господи, зачем я это ляпнула? У Алексея загорелись глаза, а я окончательно расцвела как маков цвет. Кажется, уши у меня уже тоже горели.

— Зачем? У меня новая семья, готовая уже. И пацан прикольный, — Леха явно измывался надо мной.

И, кажется, ему это сильно нравилось!

Я искала взглядом виновницу моего внезапного приступа покраснения и нашла ее у барной стойки, о чем-то оживленно беседующую с официантом.

Предательница! Сама меня в это втянула и ускакала! А мне теперь с этой ехидной объясняться!

— Хиросима, ты покраснела. Тебе стыдно?

— Немного, — честно призналась я, — я не собиралась вмешиваться в твою бурную личную жизнь, но…

— Бурную? — Леха приподнял одну бровь. — Я что-то о своей жизни не знаю, а бабушки у подъезда в курсе?

То есть, две феи любви, заказанные на работу, — это не бурная личная жизнь, а рутина? Так по его логике получается?

В моей голове бабочки с тараканами разделились на два лагеря. Те, что с крылышками, порхали, явно давая понять, что Алексей нам нравится. И мы его даже чуточку ревнуем, иначе зачем я участвовала в спектакле?..

Второй отряд напоминал, что фей любви было даже не одна, а две. И нам такие кобели не нужны.

У меня не было опыта отношений с парнями, даже поцелуев, потому что большинство парней из моего окружения очень боялись моего брата и границ не нарушали, предпочитая со мной дружить. Боялись за целостность своих костей и нервной системы.

Но даже я понимала, что две — это как-то неправильно. Не по-христиански даже.

— Чего притихла, дитя Сатаны? — Кажется, отголоски моих мыслей как-то отразились на лице, потому что Алексей напрягся.

— Ничего, — быстро ответила я.

— Ты ничего мне не портила, Хиросима, наоборот, скрасила мой серый день, — очаровательно улыбнулся опер.

— Да? — не поверила я.

— Да. С Викой у нас давно все закончилось. Это правда. И то, что ты пришла со мной пообедать, очень приятно.

— Я шла с Варей к дяде Боре, мы встретились, и она предложила поесть. Я не знала, что здесь ты и не один, — непонятно зачем стала оправдываться я.

— А вот то, что обманула и сказала, что ты дома — плохо, — покачал головой Леха, — но ситуация понятна. Ну что ж, Хиросима… Как тебя по батюшке?

— Александровна.

— Серафима Александровна, придется тебе и дальше играть роль моей жены. Что такое? Назвалась женой, будь добра — выполняй все ее обязанности.