Книга Гасконец. Том 3. Москва, страница 85 – Петр Алмазный, Михаил Кулешов

Я никогда не думал, что в этом веке уже изобрели гренадеров. Не встречался с ними, ни во Фландрии, ни здесь.

Но из шведских рядов вдруг полетели гранаты. Тяжёлые чугунные ядра, с фитилями. Большая их часть разорвалась рядом с укреплениями, осыпав нас землей. Но несколько взорвалось уже за ними, и больше дюжины гасконских стрелков лишилось жизни в один миг. Гренадеры были надёжно прикрыты своими товарищами. Те остановили наступление, но продолжили вести огонь. Я закричал:

— Сохранять порядок! Огонь!

Новые ядра полетели в нашу сторону и в этот раз, куда больше их оказалось за укреплениями. Пострадали и наши деревянные баррикады, и люди. Всё было в дыму и земле. Я чувствовал запах крови повсюду, но каким-то чудом, остался стоять на ногах. Ничего не слыша, я перезарядил ружьё и выстрелил. На помощь нам подходили солдаты иноземных полков. Они оттаскивали раненных и сами вставали на их место. Мы ни на мгновение не прекращали огонь.

Наша поместная конница, на фланге, убежала слишком далеко за вражескими рейтарами. Я позволил себе на мгновение отвлечься от стоящей перед нами пехоты, и увидел, что кавалерия попала в не меньший переплёт. Рейтары выманили их прямо под огонь шведских драгунов. Те стреляли из мушкетов, выстроившись в несколько тонких линий. А через мгновение, рейтары развернулись. Сделавпоследний залп из пистолетов, они достали палаши и ринулись на наших. Большего я не видел. Гренадеры снова бросили бомбы.

Третий раз был самым разрушительным. От укреплений остались только деревянные зубья, убитых и раненых я не мог посчитать. И ни одного офицера мы с собой так и не забрали. Я в последний раз перезарядился. Создав брешь в нашей обороне, шведская пехота пошла вперёд. Выстрелил, я вкрутил в дуло своего ружья багинет. Де Порто и д’Атос, так и не привыкшие к штыковоой, выхватили шпаги и успели зарядить пистолеты. Шведы подошли вплотную и тоже достали мечи. Как назло, ветер стих незадолго до этого. Дым от взорвавших ядер так и не рассеялся. Я ударил багинетом первого же шведа, оказавшегося поблизости. Только для того, чтобы пропустить удар мечом от его товарища.

В следущее же мгновение прогремел выстрел, и удачливый швед повалился на землю. Я успел взглянуть на рану. Правое плечо заливала кровь, но я всё ещё мог держать ружьё со штыком. Времени думать не было. Я снова ударил багинетом, почти вслепую. Успел заметить движение в дыму и лезвие нашло свою жертву само. Выдернув багинет, я ударил снова, но уже без результата. Послышался звон металла. Затем из дыма показался очередной неприятель. Потом ещё один и ещё. Казалось, им нет конца. Скольких бы я или мушкетёры, стоящий рядом, не укладывали, всегда появлались новые. Наконец снова задул холодный балтийский ветер, разгоняя дым. Шведы были везде и в десятке мест, нашу оборону уже прорвали.

— Готовы прощаться, месье? — усмехнулся де Порто, вспарывая горло очередному противнику своей шпагой.

— Я планировал победить, — пожал плечами д’Атос. Вот только он уже был ранен в ногу и пошатывался.

— Жаль, что Анри нас не видит, — улыбнулся я и вогнал багинет в лицо нового чересчур самоуверенного шведа.

Стряхнув мертвеца со штыка, я ударил следующего. Не было времени думать или смотреть по сторонам. Вся жизнь превратилась в последовательность коротких: коли, вынимай штык, коли. К нам подошло подкрепление, заполнив бреши и встав практически перед телами убитых. А потом запели трубы, но отчего-то с юга. Я не сразу сообразил, что это может значить. Всё моё внимание было сосредоточено на шведах, и необходимости убивать, чтобы не быть убитым.