Книга Гасконец. Том 3. Москва, страница 39 – Петр Алмазный, Михаил Кулешов

На рассвете Зубов и я отдали команду первой волне. Большая часть пути до Королевского вала была уже защищена нашими земляными укреплениями. Последние метров пятьдесят штурмовики пробежали почти без потерь. Вторая волна уже заняла позиции и открыла огонь по башне. Стрельцы били залпами, а гасконцы аккуратно выбивали из бойниц каждого, кто был слишком неосторожен. Лестницы ударились о стены и штурмовики полезли наверх.

Тогда, оставив ружья и пищали, вперёд побежала вторая волна. Третья уже подошла и заняла позицию за земляными укреплениями. В этот раз стреляли только гасконцы. Залповый огонь мог задеть уже карабкающихся по лестницам штурмовиков. Когда вперёд бросилась третья волна, первая уже была на крыше Королевского вала.

Зубов с надеждой посмотрел на меня и я кивнул. Вместе с ним и тремя мушкетёрами, мы были в четвёртой волне. Исаак, Арман и Анри, хорошо принявшие науку Диего, весело палили по бойницам и, перекрикивая друг друга, считали сколько немцев им удалось уложить.

— Вам нужно обойти Анри минимум в два раза сейчас, — со смехом подбадривал я друзей. — А то он легко отыграется уже на стене.

— Идите к чёрту, Шарль! — ответили мне в один голос Арман и Исаак.

Третья волна ступила на лестницы. За всё это время, ни одной из них защитники Королевского вала так и не смогли сбросить. Я махнул шпагой и наша четвёртая волна побежала вперёд. Гасконцы из пятой продолжали обстрел, но все меньше и меньшенемцев высовывалось из бойниц. Большая часть битвы теперь происходила на самом Королевском валу.

Из своей волны я поднялся по лестнице первым. Это было делом принципа. Когда я влез на вал, оказалось, что крыша его почти расчищена. Часть стрельцов подхватила аркебузы, что остались от убитых немцев. Выстроившись перед выходами на крепостные стены, с которых всё прибывали новые подкрепления, они вели огонь по врагу. Гасконцы пробивались внутрь башни, орудуя и шпагами и пистолетами. Судя по доносящимся снизу звукам, один этаж они точно уже отбили.

Зубов вылез вторым, сразу за мной. Весь красный, лицо почти под цвет кафтана! Зажав саблю в зубах, он держал в руке пистолет. Я усмехнулся, вытащил из ножен свою шпагу и побежал вниз.

Борьба там велась уже не шуточная. В узких коридорах и комнатах рубились немцы и гасконцы. Судя по лежащему на полу оружию, защитники намеревались встретить нас залпом мушкетов. Может быть кому-то это и удалось, но большая часть гасконцев была жива. И уже навязала защитникам ближний бой.

Дела на этаже ниже были уже похуже. Небольшая группа моих парней стояла на лестнице, пытаясь удержать её. Однако немцы всё пёрли и пёрли, вынуждая гасконских стрелков отступать ступенька за ступенькой.

— Мне тут свежатинка нужна! — крикнул я четвёртой волне на французском.

А сам бросился к лестнице с пистолетом. Гасконцы дали мне достаточно пространства, чтобы я высунулся и пустил пулю в здоровенного немца. Тот был вооружен не только шпагой, но и баклером.

Баклер ему не помог, немец повалился на своих товарищей с пулей в лице. Засунув пистолет за пояс, я отступил. Скомандовал двум группам гасконцев, свежей и уже уставшей, поменяться местами. Стрелки четвёртой волны, выйдя на лестницу, по моей команде залпом выстрелили из пистолетов. Отступившие, в этот момент, перезаряжались.