Книга Гасконец. Том 3. Москва, страница 37 – Петр Алмазный, Михаил Кулешов

Мои парни, благодаря усердным тренировкам, нарезным стволам и унитарным патронам, уже могли себе позволить настоящий прицельный огонь. Они стреляли точно в высовывающихся из бойниц немцев, убирая их десятками. Противник скрылся в глубине Королевского вала. Когда даточные люди продолжили свою нелёгкую работу, ко мне подошёл Зубов.

— Ловко твои ребята с пищалью обращаются, — сказал он. — А что с дулом?

— Заряжаем по фламандской моде, — пожал плечами я. — Ничего такого.

— Но заряжают быстрее.

— Когда возьмём Смоленск, покажу их Алексею Михайловичу, — ответил я. — Может на вооружение и в Москву возьмёт.

Зубов кивнул, явно довольный этим обещанием.

Осада продолжалась и три мушкетёра уже начинали скучать. Чтобы это не привело к неприятностям, я решил их скуку направить в нужное русло.

— Друзья, — обратился я к ним на рассвете третьего дня.

— Мне это не нравится, — покачал головой Исаак де Порто. — Шарль что-то задумал.

— Я хочу доверить вам свои новые ружья.

— Но ты же не отдал их Королю⁈ — воскликнул д’Атос.

— А мы то верные слуги Его Величества, — добавил д’Арамитц. — И расскажем де Тревилю всё, что узнаем.

— Но это будет уже после войны со Швецией, — пожал плечами я. — Ни одно оружие неостанется секретным дольше, чем на одну войну.

— Тут он прав. И что же? — спросил де Порто.

— Вы заскучали. Пусть Диего вас потренирует…

— Нас⁈ Чтобы тренировал испанец? Да я с любого оружия подстрелю больше шляп! Ты уж извини, Диего твой друг, но… — сразу же вскинулся д’Атос.

Я рассмеялся. Такой реакции я и ждал. Де Порто и д’Арамитц, наоборот, неодобрительно посмотрели на уже не столь молодого мушкетёра.

Подумать только, Арману тридцатник недавно стукнул! А спровоцировать его всё также легко.

— Ну хорошо, — примирительно улыбнулся я. — Выдам свои ружья, Диего покажет как с них стрелять. Кто больше немецких шляп с вала собьёт, того я угощаю.

— Тут и угощать нечем… — уныло протянул де Порто.

— Медовухи достану.

— Я ж не варвар.

— Вина хлебного, — выложил я последний козырь. Исаак приободрился.

— Тогда сойдёт. Наверное…

Я приставил к ним Диего и скуку как рукой сняло. Уже к концу дня мои друзья разобрались со всем, что было необходимо и учились заново целиться. Удивительно, но даже Анри д’Арамитц попадал куда следует, пусть и не всякий раз. Вряд ли дело было только в нарезных стволах. Просто гугенот действительно работал над собой все эти годы.

А вечером третьего дня, немцы наконец-то решились на вылазку. Мы ждали их. Я рассудил так. Мы не давали немцам безнаказанно отстреливать наших боевых землекопов. Тактическую задачу это для немцев никак не отменяло. Чем ближе наши траншеи, тем проще будет сделать подкоп и заложить бомбу. Значит у немцев просто не было иного выбора, кроме как выскочить из крепости и попытать счастья в отчаянной вылазке.

На других участках такие вылазки уже бывали, но там противник пытался добраться до нашей артиллерии. К счастью, безо всякого результата. Ну, кроме потерь среди поляков и литовцев.

Но сейчас на нас бежали немцы. Они выскользнули поздней ночью, надеясь по какой-то причине, что смогут застать нас врасплох. Однако не меньше полусотни стрелков и стрельцов я оставлял дежурными в ночь. Не одного двух, нет. Мои часовые были распределены по всему участку работ, спрятавшиеся, но готовые. Пара групп регулярно обходила окрестность, держа на палках фонари.