Книга Гасконец. Том 1. Фландрия, страница 60 – Петр Алмазный, Михаил Кулешов

— И всё-таки, — усмехнулся я. — Вы что-то задумали.

Де Порто повернулся ко мне. На его румяном, пышущем здоровьем, лице блуждала насмешливая улыбка.

— Ты спросил, дорогой Шарль, есть ли у нас план? План есть,— он похлопал меня по плечу. — Надеюсь, он есть и у тебя. Не разочаруй меня. Де Тревиль уже интересовался твоей особой.

Последнюю фразу де Порто произнёс тихо, и всё же, показалось, что её услышали все вокруг. Лагерь замолчал. Может быть, мне просто это чудилось, но словно все вокруг смотрели на нас. Смотрели и ждали.

— И что ты ответил? — тихо спросил я.

— Что ты уже засылаешь к нам своего шпиона, и это отличный первый ход, — де Порто подмигнул мне. — Но время ограничено. Лучше бы тебе проявить себя до того, как крепость сдастся Его Величеству. Место среди королевских мушкетёров нужно заслужить.

Итак, мушкетёры не пытались самоубиться, и это было плюсом.

Минусом было то, что для хитрого жителя XVII века — выжившего, в том числе и благодаря умению распознавать заговоры — мои шпионские игры казались совершенно детскими.

Я какое-то время слонялся по округе — старался слиться с толпой, как и все вытягивая шею в надежде отыскать Короля или Кардинала. Временами я бросал взгляды на лагерь мушкетёров, пытаясь понять, кто с кем общается. Мушкетёров было много, далеко не всех я мог отличить друг от друга, но основные лица узнавал. Высокий и статный мужчина, чуть старше чем все присутствующие в лагере, с благородной сединой в бородке и на висках — скорее всего, был знаменитым де Тревилем. По крайней мере, он мог позволить себе подозвать де Порто жестом, а д’Арамитца потрепать по щеке. Эти двое вокруг него постоянно и тёрлись, что наводило на определённые мысли.

Кто-то меня окликнул и, обернувшись на звук, я обнаружил троих незнакомцев, сидящих вокруг бочки. Тогда я не мог опознать их форму, но со временем узнал, что так одеваются ребята из артиллерийской команды. Разумеется, на бочке лежала колода карт.

— Вы Шарль Ожье де Батс, верно? — обратился ко мне один из игроков. — Герой Арраса?

— Все здесь герои, — улыбнулся я, приближаясь к троице. У каждого на руке было по одной карте. — Это не «таррок»?

— Всего лишь «эр». И если месье кадета удовлетворят такие незамысловатые правила, то нам нужен четвёртый, — улыбнулся незнакомец.

С чего бы мне было отказываться, новые знакомства всегда полезны. Я подошел к бочке. Вместо стульев у нас были какие-то деревянные штуковины, сидеть на которых было весьма неудобно. Я не слишком хорошо разбирался в артиллерии XVII века, но кажется это были разобранные или сломанные элементы лафета.

— Вы ведь не хотите обчистить дурачка, который недавно получил выкуп за пленного? — усмехнулся я.

Артиллерист засмеялся, хлопнул в ладоши и радостно их потёр:

— Ненавижу вранье, месье, и я рад, что можно с вами поиграть в открытую.

Другой ненавязчиво указал на пирамидку серебряных монет. Здесь имелось шесть су, и я положил сверху ещё две.

— Правда ли, — поинтересовался он, — что вас ранило в голову, и оттого вы местами гений, а местами как ребёнок?

— Все дети в чём-то гении, — рассмеялсяя. — Но все-таки попрошу объяснить мне правила.

— Забыли как играть? — усмехнулся второй. — Тянете карту, и если у вас король, вы выиграли. По кругу мы выбираем, обменяться ли картой с соседом или обменять карту на ту, что в колоде.