Онлайн книга «Товарищи ученые»
|
— Вроде жить будет, — хмыкнул он. — К сожалению. Ты, жаба! Как здесь очутился? Кто послал? Говори,пакость! — А-а… — пролопотал тот, — это… это на орбите… о… околоземной… Бормотание было настолько неожиданным, что все прыснули со смеху, несмотря на остроту ситуации. — Борис Борисыч, — усмехаясь, произнес Волчков, — он, похоже, с инопланетянами в контакте сейчас, и ты вряд ли чего добьешься. Давай-ка трясти другого. — Другого, так другого, — охотно согласился Пашутин, отшагнул к другому и несильно, но болезненно, со знанием дела пнул того носком ботинка в бок. По ребрам. Тот дернулся, мякнул что-то. — Больно? — с удовлетворением молвил наш главный особист. — А может быть еще больнее. Это мы умеем! То как зверь у нас завоешь, то заплачешь, как дитя. Понял, дуремар? И пнул сильнее. В то же место. Задержанный взвизгнул. — Не слышу ответа⁈ — По… понял! — Василий Сергеич, — повернулся Пашутин к Волчкову, — как его зовут? — Этот? Сидоренков, — прапорщик указал на пнутого, — монтажник в экспериментальном цеху. А этот, — ткнул в сторону жертвы табуретки, — Бубнов, водитель подсобного хозяйства. И я заметил, как особист и прапорщик обменялись при этом многозначительными взглядами. — А имена? — спросил шеф. — Много чести, — усмехнулся прапор, — такому смраду. Хватит и фамилий. — Это верно, — ухмыльнулся главный. — Сидоренков! Слышишь меня? — Так… так точно. — Молодец, правильно отвечаешь. Будешь дальше хорошо себя вести — глядишь, и выйдешь из этой истории сухим из воды. Обещаю! А начнешь крутить, мутить… врать, проще говоря — тогда обижайся на себя. Сядешь так, что уже не встанешь. Это я тоже обещаю! Усвоил? — Да… Так точно… — «Так точно» свое можешь бросить, говори проще. Сразу говорю, что мы про вас все знаем: вы шпионская сеть. Работали на противника. Все! Это не обсуждается. Не отпирайся, не трать время. Будет еще раз больно. И больнее. Усвоил? — Так… да. — Ладно. А отсюда мои вопросы и твои правдивые ответы. Итак, поехали! Отвечать быстро, кратко, ясно. Кто у вас главный, в вашей сети? — Главный? Не знаю! — Так, Сидоренков, ты меня не понял, что ли⁈ Сказал же: начнешь врать, поедешь уран добывать на рудники! И через год никто не узнает, где могилка твоя. Еще раз… — Я правда не знаю! Всегда говорили: шеф, шеф… Как в этом… Ну, в кино! — В «Бриллиантовой руке», — хохотнул старый лейтенант. — Всепропало, шеф! — Тихо! — осадил его Пашутин. — Ладно, изменим вопрос: кто был самый старший для тебя? Из тех, с кем ты общался? Говори! — Для меня? Для меня этот… Валерка Кузьмин из четвертого корпуса. А кто над ним — не знаю! Особист глубоко вдохнул и выдохнул. Я безошибочно угадал в этом несколько наигранное, актерское разочарование. — Так, — произнес он, — значит все-таки ты решил в шахтеры податься. Уран добывать. Нептун, Плутон… И сдохнуть на рудниках? Что ж, ладно. Дело твое. Все это он говорил размеренно и равнодушно — и вдруг внезапно и резко топнул лежащего по щиколотке. Прямо по ахилловому сухожилию. Но я видел, что он соразмерил силы. Бил чувствительно, но аккуратно, стараясь не покалечить. Однако эффект был ошеломляющий. Наш пленник взвизгнул зайцем, а Пашутин тут же рявкнул, не дав опомниться: — Еще хочешь⁈ Сейчас будет! Кто, я говорю⁈ — Рыбин! Рыбин! — плачевно простонал Сидоренков, — который завхоз! Но над ним еще кто-то, он сам говорил! |