Книга Жуков. Зимняя война, страница 98 – Петр Алмазный, Игорь Минаков

План партийно-политического обеспечения наступления. Звучало как насмешка. Пока мы думали, как подавить огневые точки, он думал, как правильно оформить отчет.

— Хорошо, — сказал я. — Предоставьте ему все, что он просит. В трех экземплярах. И пригласите его сегодня, часов в десять утра, на передовой наблюдательный пункт. Скажите, что комкор Жуков лично покажет ему результаты работы войск и обсудит вопросы морального духа в боевых условиях.

— Пригласить на передовой НП? — удивился комдив.

— Именно туда. На самый что ни на есть передовой. Пусть проникнется обстановкой. А теперь, товарищ комдив, давайте работать. У нас сегодня тяжелый день. Нужно проломить эту вторую полосу, пока в кабинетах не передумали.

Удар нужно было наносить быстро, жестко и неоспоримо. И, возможно, бригадному комиссару Уварову стоило воочию увидеть, как на самом деле делается эта работа.

Передовой НП 90-й стрелковой дивизии

Бригадный комиссар Уваров прибыл точно в срок, что уже вызывало подозрение — пунктуальность была не самой характерной чертой политработников такого ранга. Его сопровождал молодой, щеголеватый старший политрук с портфелем.

Сам Уваров, плотный мужик, с внимательными глазами за стеклами пенсне, был одет в добротное, утепленное обмундирование, но без единого пятнышка грязи. Он выглядел как человек, прибывший с инспекцией на образцово-показательный завод, а не на передовую.

— Товарищ комкор, — начал он, пожимая мне руку, — прибыл для оказания содействия в деле партийно-политического обеспечения наступательного порыва бойцов и командиров. Ознакомился с документами. Вижу большое количество рапортов о боевых успехах, но также и сигналы о недостатках в снабжении горячим питанием на переднем крае и о случаях обморожения в отдельных подразделениях.

Ревизор сразу взял верный тон. Он не нападал, а «оказывал содействие», указывая на реальные, но мелкие упущения, чтобы создать видимость объективности.

— Недостатки устраняются,товарищ бригадный комиссар, — ответил я, указывая на стереотрубу. — Предлагаю вам сначала оценить обстановку. Вон там, в полутора километрах, проходит вторая полоса обороны противника.

Уваров с некоторой неохотой прильнул к окулярам. В этот момент, как по заказу, наша артиллерия начала методичный обстрел только что разведанных целей. Земля содрогнулась, и по снежному полю впереди встали черные фонтаны разрывов.

— Что… что это? — спросил Уваров, отстраняясь.

— Корректируемый артиллерийский огонь по выявленным ДЗОТам и скоплениям живой силы противника, — пояснил я. — Благодаря разведданным, полученным ценой жизни двух разведчиков прошлой ночью, мы бьем не по площадям, а точно. Это и есть забота о красноармейце — сохранить его жизнь при штурме.

Комиссар кивнул, ничего не сказав, и снова посмотрел в трубу. Я продолжил:

— Вы справедливо отметили вопрос с питанием. Организованы полевые кухни, которые подвозят пищу максимально близко к передовой, но на острие удара, в штурмовых группах, бойцы получают усиленный сухой паек — шоколад, концентраты, сало. Потому что в траншее под огнем котелок не поставишь. Это тоже забота. А обморожения… Посмотрите на наших бойцов внизу.

Я указал в сторону окопов, где красноармейцы в новых белых маскхалатах поверх полушубков проверяли оружие.