Книга Казачонок 1860. Том 3, страница 112 – Петр Алмазный, Сергей Насоновский

Я был почти одет, так что выйти на крыльцо много времени не заняло. У ворот стоял знакомый молодой вестовой из правления.

— Здорово ночевали, Григорий, — улыбнулся Никита, в этот раз, как я и просил, без отчества. Запомнил, видать, мою науку про усы.

— Слава Богу, Никита. Что случилось?

— Ну так ведомо что. К атаману тебя опять кличут. А боле ни о чем не расскажу, — хмыкнул он.

— Добре, скажи — скоро буду, — ответил я.

Вроде серьезных происшествий в станице в последнее время не случалось. Оставалось только догадываться, что у Строева стряслось. Ведь атаман прекрасно знал, что через несколько дней мне уезжать.

* * *

— Здорово дневали, Гаврила Трофимович! — зашел я.

— Слава Богу, Гриша, садись, — кивнул он. — И не переживай, новости хорошие, но рассказать тебе надобно. В общем, слушай.

— Весь во внимании, — улыбнулся я, внутренне готовясь, что сейчас какой-нибудь новый геморрой на мою голову свалится.

Атаман тоже усмехнулся краешком губ, но глаза оставались серьезные. Подтянул к себе толстый, слегка потрепанный лист с печатью.

— В общем так, Гриша, — начал он. — Пришла к нам бумага из штаба. И не какая-нибудь, а с подписью самого наказного атамана Терского казачьего войска, Христофора Егоровича Папандопуло.

Он постучал пальцем по восковой печати.

— Его атаманом назначили в ноябре, когда император приказ о создании войска нашего подписал.

Я кивнул.

— Так вот, суть в чем. В штабе, видать, нашу просьбу по школе обсудили и возражать не стали. Дозволенонам, при желании и на свои средства, строить что пожелаем: хоть школу расширять, хоть городок для тренировок малолеток ставить.

— Добре, — улыбнулся я. — Новости замечательные.

— Не спеши радоваться, — прищурился Строев. — В бумаге черным по белому сказано: ближайшие два года ни копейки из казны на это дело дать не смогут. Мол, расходы и без того велики.

Но, — он поднял палец, — если мы за свое выстроим, покажем, так сказать, результаты, тогда есть вероятность, что потом войсковая казна школу на свой кошт примет. Не обещают прямо, но намекают. А сейчас все как есть остается. У нас на содержание школы 300 десятин земли выделено. Они в аренду сдаются, на то и содержится школа. Бывало конечно еще и станичники добавляли, у кого дети учились, но это не часто требовалось.

Я хмыкнул.

— Так это же лучшее, чего можно было ждать, Гаврила Трофимович, — сказал я. — Пока денег не дают — лезть в вашу кухню тоже не станут. И начальников своих присылать. Значит, по уму все выстроим, как надо.

Атаман усмехнулся, кивнул:

— Ну, вроде, как и так, — согласился он. — Только ты не забывай, что школа — это забота ох какая большая. Столько всего нужно, что в пору за голову хвататься. Летом-то, почитай, выгорело большинство школьного имущества при пожаре.

— Ну так вы, казак бывалый, — не удержался я, — вон как ловко со станицей управляетесь, и с этим сладите. Да и мы на что: коли надо — плечо подставим, не одному дело такое тащить.

Надо подумать, как условия улучшить и для учителей, и для наставников из стариков. Можно пригласить двух новых учителей. Слыхал я, что уже и женщины бывает учительствуют. Вот нам бы семью такую найти, чтобы значит муж мальчикам, а жена его девочкам науки преподавала.

Ну и мы же сейчас говорим о начальной школе, где счет, да письмо осваивают. Уж без этих умений на службу казаков не принимают. А когда это сладим, может и других учителей можно будет пригласить, наука ведь на пользу пойдет.