Книга Казачонок 1860. Том 3, страница 110 – Петр Алмазный, Сергей Насоновский

Конкретно у меня в руках сейчас модель М1853 года с усовершенствованным ударно-спусковым механизмом — самовзвод, система оружейника Роллина Уайта.

Интересно еще то, что в годы грядущей за океаном гражданской войны на винтовку эту обратит внимание генерал Хайрам Бердан. У него будет целое подразделение — «стрелки Бердана». Показательно, что уже в 1870 году винтовка собственной конструкции Бердана примется на вооружение нашей армии и тоже оставит немалый след.

Я проверил все узлы еще раз.

Винтовка представляла собой длинноствольное нарезное оружие, которое заряжалось с помощью клинового затвора, действуя объединенным со спусковой скобой рычагом.

Ударно-спусковой механизм — курковый, прицел, регулируемый по дальности.

Приклад аккуратный, ствол ровный, рычаг под спусковой скобой ходит мягко. По весу — килограмма четыре с половиной, не больше.

Патроны лежали в кожаном подсумке, который я тогда же с седла снял.

Расстегнул клапан, высыпал содержимое на стол: аккуратные бумажные патроны, каждый — цилиндрик из плотной бумаги.

Внутри — порох, спереди— пуля, задний край завальцован, промазан чем-то вроде клея. Капсюли, понятно, отдельно.

Главное удобство — не надо сыпать порох в ствол и пыж трамбовать. Вставил патрон в камору, затвор закрыл, капсюль посадил — готово.

Отдельно меня радовал чехол из толстой кожи с удобным клапаном и продуманным крепежом на седло. И через плечо носить удобно, и с седла вытаскивать сподручно.

К тому времени Аленка уже позвала к столу. Сегодня снова мясо было, да и холодец опять — оказалось, наварили с запасом. Поели плотно.

— Чего ты там возишься целый день? — спросил дед.

— Да винтовку новую осваивал, — ответил я. — Хочу до станичного стрельбища дойти, испытать бы ее в деле надо, пристрелять.

— Меня-то возьмешь? — тут же спросил Аслан.

— Конечно. Пошли. И Проньку тоже позвать можно — ему интересно будет. Оружие редкое в наших краях. Он до этого дела больно охоч.

* * *

Стрельбище находилось за станицей, у овражка. По сути — обычное немного укрытое от глаз место, куда молодежь гоняли тренироваться, да порой казаки свое оружие проверяли.

Мы пришли с лопатой: после праздников там никто не бывал, удобную площадку предстояло еще от снега очистить.

Пока Пронька, вызвавшийся махать лопатой, раскидывал снег, я расставлял мишени — дюймовые доски, на которых углем рисовал круги с крестами.

— Ну давай, Гриша, — потирая руки, сказал Пронька. — Глянем, чего твое заграничное ружье может.

— Это винтовка, Проня, — поправил я. — Шарпс, казнозарядная, нарезная. Ружье — оно обычно гладкоствольное. Разницу улавливаешь?

— Ну, как винтованный штуцер? — уточнил друг.

— Типа того. Только штуцеры наши все равно дульнозарядные. А с этой винтовки стрелять можно куда быстрее. До десяти выстрелов в минуту, если руку набить. А со штуцера хорошо, если за это время три раза пальнешь.

Я опустил рычаг — затворный блок ушел вниз. Вставил бумажный патрон в казенник, вернул рычаг, посадил капсюль — готово.

Первый выстрел сделал стоя. Винтовка ощутимо толкнула в плечо, но гильз выбрасывать не нужно — бумага просто сгорает в стволе. Минус при этом то, что чистить приходится часто.

— Чуть выше центра взял, — отметил я, глядя на доску. — Но в круг уложился.

Запаса патронов, по правде, и не было — жалко расходовать. Но в том то и прелесть этой винтовки, что снарядитьих можно самостоятельно, нужно только все необходимое закупить. Для меня это одна из важнейших причин при выборе оружия.