Книга Военный инженер товарища Сталина 1, страница 109 – Анджей Б., Виктор Жуков

— Караван тайной доставки готов, — доложил его помощник. — Теперь о технической части. Вот здесь, — он развернул план-схему подводной лодки, — будет ваша каюта. Рядом Скорцени. Лодка повезет в Антарктиду запасы минералов и удобрений. В состав каравана будут входить грузы с ртутью, ураном, рудой и железом. Другие лодки повезут части агрегатов, кранов, бурильных установок, экскаваторов и прочей техники. Новый Берлин только строится, и по легенде, вы — один из агентов-консультантов. К вам не будет доступа. Вас оградят от всех ненужных посетителей. Как и сказал мой адмирал — вы для всех в качестве инкогнито.

— И что дальше? — взвился яростью Гитлер. — Я брошу свою нацию, свой народ! Что дальше? Буду превращаться в ледышку в этой вашей «базе двести одиннадцать»?

— Придется, мой фюрер, — выступил вперед адмирал Канарис, до этого хранивший молчание. Все повернулись к нему. Две миловидные фройляйн принесли подносы. На них коньяк, закуски, чай — кому, что на выбор. Гитлер обмяк. Постарел. Свалился в кресло. Вяло махнул рукой.

— Продолжайте.

— Союзники с русскими будут строго следить за каждым вашим шагом. Они и сейчас следят. Эти механические автоматы, кружащие высоко-высоко над Берлином, уже сейчас передают русским съемки наших объектов. Как развита эта технология, мы не знаем. Но русские получают сведения буквально о каждом нашем шаге.

— Что предлагаете?

— Начиная с этой минуты, мой фюрер, вы уже не Гитлер. Простите. Вы не вождь нации. По документам вы агент структуры Бормана. Ваше имя, — протянул Канарис пачку документов с гербами рейха, — отныне вы Густав Фридрих Кролль. Да-да, Кролль. Таким был когда-то человек, уже исчезнувший из памяти людей. Его никто не знал и не знает. Он возродился заново. В вашем, разумеется, измененном обличьи.

Канарис щелкнул пальцами. В дверях возникли фигуры в белых халатах.

— Вам изменят облик, прическу, походку, цвет глаз. Это штат специалистов, подобранный тайно от всех. Из этой комнаты вы выйдете уже другим человеком. Хайль Гитлер!

— Зиг хайль! — вскинули все руки.

Гитлер сидел ошеломленный. Подавленный. Он стал ручным.

Специалисты принялись отгораживать ширмой пространство для хирургической операции. Расставили стол, кресло, подголовник, капельницу. Подключили оборудование. Разложили инструменты, приборы. Установили экранное зеркало. Когда обговорили последние детали отбытия, и все удалились, он язвительно обратился к Борману с Гиммлером:

— Надеюсь, мне позволят забрать с собой Еву?

— Так точно, мой фюрер! Это даже не обговаривается.

— И на том спасибо, — гневно оборвал фюрер. — Хоть женщину мне оставляете. Я теперь без империи, без народа, без нации.

— Мало того, вы можете взять с собой кого угодно из своих близких.

— Адъютантов? А кто у меня еще остался из близких? Я одинок, господа. Одинок. — На миг задумался. — Разве что моего любимого пса Блонди.

Гитлер свистнул. В канцелярию вбежала немецкая овчарка, известная впоследствии всему миру по снимкам в архивах.

— Блонди, крошка моя! — потрепал он за ухом. — Нам с тобой предстоят снега и забвение. Льды и безмолвие. Забытье и бесславный конец.

Принимая последние на сегодня таблетки, фюрер жестом отпустил Гиммлера с Борманом.

Теперь он был во власти хирургов, логопедов, анатомов, дантистов. После окончания операции их тайно ликвидируют.