Книга Телохранитель Генсека. Том 3, страница 104 – Петр Алмазный

Брежнев, переключившись на Горбачева, так и не ответил про Машерова — не то упустил, не то не захотел. Вместо этого спросил:

— Еще вопросы есть? Нет? Тогда я выношу на голосование вопрос возраста. Конечно, надо было это сделать раньше. Но что уж, как получилось, так и получилось. Итак, предлагаю ввести ограничение сроков пребывания на высших партийных и государственных должностях для предотвращения геронтократии. Кто за?

Голосовать членам Политбюро не хотелось. Усубалиев, не имевший права голоса, так как являлся лишь кандидатом в члены Политбюро, сказал за себя, но по сути выразил мнение большинства:

— По сути предложения мы, конечно, все «За». Мы все поддерживаем инициативу, но слишком торопиться тоже не нужно, — сказал седовласый киргиз. — Давайте все оформим правильно, вынесем на пленум, обсудим со всех сторон. Я у себя в республике организую совет аксакалов, снимем возможное напряжение в связи с предстоящими реформами. Думаю, и в других республиках нужно провести аналогичные мероприятия. То есть на все это нужно время.

— Вы хорошо аргументируете, Турдакун Усубалиевич, — согласился Леонид Ильич. — Действительно, такие решения не принимаются с разбегу. Я дам команду подготовить проект постановления к предстоящему заседанию Политбюро. Думаю, пленум по этому вопросу собирать не будем. Надеюсь, больше вопросов у вас нет? Как я себя чувствую спрашивать не будете?

Наперебой посыпались пожелания крепкого здоровья и хорошего отдыха. Подходили к Леониду Ильичу, жали руку. Вскоре, попрощавшись, все покинули зал заседаний.

После того, как члены Политбюро укатили на своих «Чайках» и «Волгах», Брежнев обратился к Александрову-Агентову.

— Андрей Михайлович, помните, я говорил, что у товарища Медведева есть к вам вопросы? Займитесь, а я пойду отдыхать. Что-то утомили гости меня сегодня.

Он вышел, а мы с Александровым-Агентовым смотрели ему вслед: прямая спина, энергичная походка. На утомленного человека Брежнев не слишком-то походил. Просто не любил заниматься рабочими делами по выходным.

— Ну что, пройдем в мой кабинет? — предложил Андрей Михайлович, когда за Генсеком закрылась дверь.

Я согласился и вышел вместе с ним.

— Леонид Ильич уже накидал мне суть ваших вопросов. Командировку оформим с понедельника. — говорил секретарь, пока шли по длинному коридору. — Я еще вчера все выяснил по поводу поездки Горбачева. Вы найдете это в отчете.

Мы вошли в его небольшой кабинет, где кроме него находились еще три помощника. Александров-Агентов прошел к своему столу, взял в руки тоненькую папку.

— Здесь все. Кто пригласил, программа визита, а также небольшое досье на тех людей, с которыми будут встречаться Михаил Сергеевич и его супруга.

— А это, — Андрей Михайлович взял со стола папку потолще, — переводы всех статей Джона Мастерса за последние несколько месяцев. Вы ведь тоже интересовались несколько часов назад?

— Да-да, все верно, большое спасибо! — поблагодарил я.

Сразу читать не стал, решил заняться этим дома. Хотелось в спокойной обстановке подумать. Задача ведь предстояла серьезная: убрать ключевую фигуру, фактически инициатора перестройки. Которой, я очень на это надеюсь, в новой реальности не случится.

Однако до дома не дотерпел. Остановил машину, припарковался на обочине и достал папку с переводами. Нашел самую последнюю статью. Конечно же, Джон Мастерс не мог пропустить последнее выступление Брежнева. «The New York Times» под его статью отдала целый разворот.