Книга Танго с Пандорой, страница 76 – Ирина Дегтярева

Он мысленно попытался сравнить ее с Идой. Сравнение было не в пользу Лусии. Иду никаким ветром не унесет, она сама его продуцирует, дева-воительница, которая стояла с ним плечом к плечу в прозекторской как маленький солдатик, с короткой стрижкой, с очаровательными наивными глазами, за которыми мудрость и жесткость. Она шла на все в достижении своей цели. Она перевернула с ног на голову собственную жизнь и подчинила ее великой идее всеобщей справедливости, великим деяниям, не ожидая награды и славы, которые к разведчикам практически никогда не приходят. Сколько их, безвестных героев, чьи судьбы запечатаны в пыльные папки и спрятаны на пронумерованных стеллажах…

— Я вас где-то видела, — сказала Лусия таким мягким обволакивающим голосом, что у Мануэля слегка закружилась голова, словно он залпом выпил бокал густого тягучего вина.

— Я вас тоже где-то видел, — принял он «правила игры». — Те, кто видели друг друга где-то и когда-то, считаются старыми знакомыми и общаются без лишних условностей, не так ли?

Она рассмеялась и взяла его под руку. Мануэль понял, что интеллект в женщине не всегда влюбляет, есть и другие качества.

С ипподрома они вышли уже вдвоем, Лусия держала в руках букет синих ирисов — Мануэль подарил. Аугусто подкатил ко входу на своем «роллс-ройсе» и забрал их. Поехали в ресторан, потом на набережную, где Лусия танцевала под гитару уличного музыканта…

В Центр от Мануэля через Атлантику полетел запрос на разрешение выгодно жениться. Ее отец-генерал претендовал на высокие посты в Аргентине, связями обладал колоссальными. Центр отказал. У Берзина были относительно Мануэля другие планы. Он ему был нужен свободным. Продолжать общаться с Лусией тем не менее разведчику не возбранялось.

Своего рода утешением от сорвавшейся свадьбы стало решение Центра создать резидентуру военной разведки в Аргентине и в нескольких латиноамериканских странах по соседству, а Мануэля сделать нелегальным резидентом. Аугусто стал одним из сотрудников. Предстояло подобрать остальных. Для этого Мануэлю пригодились связи и Аугусто, и Лусии, чтобы выйти на людей в министерстве обороны Аргентины, министерстве иностранных дел и в министерстве торговли.

Очень интересовала Центр информация по поставкам из Латинской Америки ресурсов в Германию и в другие страны Европы. Количество и определенная номенклатура косвенно указывали на увеличение оборонной промышленности.

С конца девятнадцатого века с немцами шла активная торговля, около полумиллиона колонистов-немцев обосновались в Аргентине, Эквадоре и Чили. И не только. Боливия, Уругвай, Парагвай и отчасти Южная Бразилия. Олово, нефть, железо, свинец, каучук, серебро, вольфрам, марганцевая руда, бокситы, сельскохозяйственные культуры — Латинская Америка прекрасный источник ресурсов для ведения затяжной войны. Немцы конкурировали здесь с Америкой, при этом активно совались в политику латиноамериканских стран, чтобы привести к власти диктаторов, с которыми всегда проще иметь дело. Лезли в дела Гватемалы и Гаити в конце века. Уже тогда в газетах Германии, в «Humburger Nachrichten», в «Die Nation» и в других, писали в агрессивном тоне, что Германия будет развивать флот, чтобы принимать «принудительные меры в соответствии с ростом своих инвестиций в государственные займы, железные дороги и плантации». И совсем уж характерно для Германии, какую знал Мануэль и весь мир после Мировой войны: «Вся Центральная и Южная Америка в настоящее время созрели для того народа, который сможет ими овладеть. Германские эмигранты, если захотят, создадут здесь Германскую империю. Нет необходимости для нас нападать прямо на одну из этих стран, если только она не попытается изгнать немцев. Можно, однако, с уверенностью сказать, что постепенно они перестанут быть самостоятельными государствами просто потому, что их народы не могут сами управлять собственными делами».