Онлайн книга «Запретная страсть мажора»
|
Глава 1. Оля – Это еще что за хрень? Вздрагиваю. У меня завязаны глаза, и я могу только слышать. Этот молодой мужской голос с хрипотцой мне не знаком. От ужаса и безысходности все внутри сжимается. Кажется, сейчас сердце стиснет так сильно, что оно не выдержит и лопнет. Повязка давит на глаза, и под веками скопились непролитые слезы. Они понемногу сочатся сквозь ресницы и жгут воспаленную кожу, прокладывая дорожку к дрожащему подбородку. Где-то в глубине души я до сих пор не могу поверить, что это происходит со мной. – Это не хрень, – отвечает ему кто-то. – Это первокурсница. – Сочная, – мерзко гогочет третий. – На танцполе гнулась, что надо. Чья-то рука гладит плечо, заставляя меня содрогаться. Я уже даже не пытаюсь мычать. Пыталась, но с заклеенным ртом начинаю задыхаться. – И зачем она мне? – с ленцой интересуется тот, кому меня показывают. – Это наш подарок, извинения за сорванную охоту. Злой смешок говорит о том, что извинения принимать не спешат. На той стороне кто-то явно не в духе, и мне это ничего хорошего не обещает. Я молюсь изо всех сил, чтобы выйти из этого кошмара живой и чтобы не пришлось сильно мучиться. Их трое. Трое! А может, и больше, я же не вижу. У меня нет шансов сбежать… И они смогут со мной сделать все, что захотят. – То есть, я правильно понимаю: вы пытаетесь замять свою лажу тем, что справились с сопливой девчонкой? – тянет хрипловатый баритон, и у меня мурашки бегут от его тона. – Охуенный подвиг! Да вы, блядь, герои! – Ты чего, Дикий? – шипит тот, что отвешивал мне сомнительный комплимент и лапал неприкрытую топом кожу на плече. Дикий? Я хватаюсь за соломинку. Звучит как-то знакомо… Лихорадочно пытаюсь вспомнить, при каких обстоятельствах я слышала это прозвище… Но из-за паники не могу собраться с мыслями. Ничего не припоминается. Только леденящий страх разъедает душу, лишая меня воли. В голове то пусто, то всплывают ужасные картины, навеянные полицейской хроникой. Сходила на первую университетскую вечеринку… Не тусовщица, вот и нечего было начинать! Так горько становится. Я ведь и не жила еще толком, только поступила, и теперь не представляю, наступит ли для меня новый день. – Ты, блядь, ебанулся? – обрушивается на него этот Дикий, скидывая маску ленивогобарства. – Ты в курсе, что это называется похищением? Ты нахрена мне притащил эту писюху? Тюрьму понюхать охота? Это без меня, гандоны! Сердце, воспрявшее в робкой надежде, заходится в заполошном стуке, вскрывая мне грудную клетку. Этот парень не хочет пачкать руки, может, он не такой? Сам же говорит, что я ему не нужна… Но непохоже, что он стремится облегчить мою участь. – Как только я сниму повязку, она меня увидит и потом первым делом побежит к ментам. Вы меня подставить решили? Нахуй такие подарки! – Да не побежит, – нерешительно отвечает один из двоих похитителей, его голос я запомню на всю жизнь. – Они все из-под тебя, как шелковые. Правда, сначала воротят нос от пацанов попроще, но потом становятся покладистыми. Ко второму курсу ее уже все попробуют. Бросая в озноб, всепоглощающий животный ужас захлестывает меня. А если они решат, что нет потерпевшей – нет проблем? – Да? А если все-таки побежит? – с ядовитой издевкой переспрашивает Дикий. –Долбоебы, если она – первокурсница, то, скорее всего несовершеннолетняя. |