Книга Порочные сверхурочные, страница 38 – Саша Кей

За моей спиной раздается обнадеживающее щелканье пряжки.

— Да, Маша. Мы встречаемся, — без особой прелюдии меня заполняет напряженная плоть. — И ты не увольняешься. И в лифте со мной кататься будешь. И мой стол тоже опробуешь. И вообще, у меня много планов…

Но дальше я уже не ничего не слышу, потому что киска пульсирует, тяжесть внизу живота растет. А восхитительный член двигается внутри.

Жестко и бескомпромиссно.

Год спустя

Я жалобно смотрю на него и понимаю, снисхождения не будет.

Он все равно возьмет меня.

Заставит кричать от наслаждения, пока его член будет осквернять мою дырочку. Я буду сгорать от стыда и желания отдаться ему всеми возможными способами.

Для меня не осталось неизведанного и недопустимого.

За последнюю неделю я познала все, что может мужчина сделать с женщиной, чтобы превратить ее в течную самку…

— А кто это у нас тут опять фантазирует? — крупная ладонь по-хозяйски ложится мне на попку.

— ААААА!!! Твою мать, Дима! — верещу я от испуга. — Нельзя так пугать!

Это я от него ночью скрылась в другой комнате и, лежа на пузе, быстро пишу новую главу.

И уже не допишу, понимаю я.

Футболка, в которой я сплю, задирается, предоставляя рукам Соколова простор, а его колено уже вклинивается между моих бедер.

— Почему ты не даешь мне больше ничего почитать? — спрашивает Дима, и я чувствую его дыхание на ягодице. Потом легкий укус в мягкое место, вызывающий у меня сладкую судорогу внизу живота.

Я не сразу отвечаю, зачарованная влажными движениями языка, прокладывающими дорожку вверх по позвоночнику. Дыхание перехватывает, когда он добирается до шеи.

А еще я чувствую, как напряженный член касается моего бедра.

— Потому что ты все-все воплощаешь, а я не ко всему готова…

— Тебе так только кажется, Маш, — рука забирается под меня и сжимает сосок.

Первая порция смазки пошла.

— Мне виднее, — протестую я.

Дима как раз проводит от груди по животу и накрывает ладонью венерин холм. Средний палец раздвигает губки и точным нажатием попадает на клитор.

— Ты всегда так говоришь, а потом стонешь… А мне очень нравится, как ты стонешь…

И Соколов начинает делать все, чтобы я застонала.

Я начинаю сходить с ума. Он дразнит меня рукой, а горячая головка давит на половые губы, но дальше не идет.

— Знаешь, у меня даже есть пара идей для твоих рассказов. Странно, что ты сама не додумалась.

— А… а….

— Маша, нужно серьезнее относиться к общению внутри пары. Мне кажется, ты меня не слушаешь… — разочарованно произносит Дима.

— Если ты в меня не войдешь, я тебя убью, — шиплю я.

— Ну ладно. Если тебе так проще сосредоточиться, — хмыкает он и медленно, чертовски медленно заполняет мою щелку, ставшуюза последний год весьма эластичной. — Так вот. Я считаю, ты должна написать рассказ про первую брачную ночь.

— Что? — я пытаюсь уловить ход мыслей Соколова, но дается мне это с трудом.

— Как новобрачные в президентском люксе предаются разврату. Героиня потом неделю ходит с трудом, зато осваивает кое-что новенькое. Мань, я уже заказал президентский люкс с секс-качелями. Я же обещал, что куплю…

Мощные толчки уносят меня подальше от реальности и ответов на все вопросы.

Но когда я разлепляю утром глаза, я точно уверена, что напишу это сегодня же. И пришлю почитать Соколову.

Сашка говорит, мужчин нужно вдохновлять.

А пока… я отбрасываю простынь с обнаженного тела моего бога и прижимаюсь губами к утренней эрекции.

— Маш? — сонный Дима нисколько не протестует.

— Жди вечером новый шедевр, — лукаво улыбаюсь я и приступаю к доброму утру.