Книга Эксклюзивные права на тело, страница 51 – Саша Кей

Да, потом мне будет неловко перед Корельским за свое похотливое поведение, но сейчас ослепленная микровспышками, высекаемыми пальцами Яра при каждом нажатии на клитор, я не принадлежу себе. Я лишена стыда, приличия забыты.

Благочестивой я побуду завтра. Не сегодня.

Боже, даже если сам секс меня разочарует, ради такой прелюдии можно и потерпеть все остальное. Как жаль, что я потеряла столько времени. А я даже не пробовала ласкать себя.

И оттого новые ощущения острее.

Моя девочка пульсирует, горит, жаждет, но не получает ничего.

Я готова рычать от бессилия, но не могу заставить себя попросить, сказать, что я готова, что мне нужно, чтобы Яр заполнил меня.

Но он и без слов читает мое тело, как раскрытую книгу.

Каждая новая ласка открывает мне глаза на собственную сексуальность.

И когда поцелуи спускаются на живот, я узнаю о неожиданной эрогенной зоне там, где нежная кожа над лобком. Корельский оставляет влажную дорожку от пупка к срамным губам, и меня колотит. Чувствуя его дыхание там, я схожу с ума.

А ощущая бессовестный язык на раскрывшихся налитых складочках, я вцепляюсь в волосы на макушке Яра, потому что больше не могу сдерживаться.

И будто поощряя меня, он оставляет в покое горошинку и начинает разминать мою дырочку. Не глубоко, но очень чувствительно.На инстинктах с двигаю бедрами навстречу.

Но меня и здесь лишают надежды.

Пальцы, покрытые моими соками, покидают мою голодную щелку. Они дразня скользят вдоль всей промежности, размазывая смазку и заставляя меня скулить. Напряженный язык Корельского кружит вокруг клитора, поддевая его капюшон.

Я больше не выдержу. Я забралась так высоко, что мне хочется взлететь.

Мой жалобный призыв: «Яр!», нажимает на спусковой крючок.

Ярослав втягивает горошинку в рот и проникает пальцами в запретное колечко, растягивая его и причиняя сладкую боль.

Переполненная ощущениями я содрогаюсь с беззвучным стоном и срываюсь в темную бездну.

Яр выпутывает меня из халата и расшвыривает подушки и одеяла. Ненадолго оставив меня одну на постели, он поднимается и скидывает домашние брюки, под которыми нет белья.

Несмотря на то, что комната утопает во мраке, я отлично вижу, что Корельский полностью готов и не собирается останавливаться.

— Никакой жалости, Эмма, — низкий голос рождает во мне тревогу. — Как ты и хотела.

Прямо сейчас я не уверена, что мне нужно продолжение. Насыщенное сладкой истомой тело уже сыто, а что там ждёт меня дальше — неизвестно, но останавливать Яра я не решусь. Да и, в конце концов, должно же это когда-нибудь произойти.

Я так благодарна Ярославу за сладкий оргазм за то, что не отверг за то, что я чувствую себя желанной в эту минуту, что готова потерпеть, даже если мне совсем не понравится.

В темноте кожа Яра немного мерцает. Он так же, как и я, покрыт испариной горячки желания. Только вот я уже начинаю остывать, и в голове крутятся несвоевременные и неуместные мысли.

Наверное, я выгляжу ужасно.

Надо ли ему говорить, что у меня никого не было?

Будет больно?

А вдруг ему со мной не понравится?

Но эти глупости вылетают из сознания прочь, когда Яр возвращается ко мне.

Его запал нисколько не утих, и я только сейчас понимаю, что то, что я приняла за дикость прежде, это капля в море. Корельский до сих сдерживается, но его страсть уже прорывается и скоро сметет абсолютно все.