Книга Эксклюзивные права на тело, страница 105 – Саша Кей

Люди не меняются. Нечего и надеяться.

Злость вспыхивает и тут же гаснет, потому что я вспоминаю, как меня трясло, когда я думала, что Ярослава могут убить.

Этого сволочного манипулятора просто не станет.

И не перед кем мне будет показывать свою фальшивую независимость.

— Так ты дашь нам шанс, Эмма?

Это просто сильнее меня. Я не могу отказаться от того, как на меня смотрит Яр.

Одного этого достаточно, чтобы я захотела продать душу дьяволу.

Однако Корельскому я об этом, естественно, не скажу.

Не заслужил. Он меня чертовски напугал, а потом чертовски вывел из себя.

И самое отвратительное, по мановению волшебной палочки и топнувшей туфельки не превратился в белого пушистого безопасного котенка. Сплошные красные флаги. Как в революцию.

Подарив Ярославу выразительный взгляд, я разворачиваюсь и ухожу обратно в спальню.

Но дверь не закрываю.

Давай.

Думай, Яр.

Ты же умный.

Я сама не сдамся, но я придумала отличную новую игру.

«Ты меня берешь, а я делаю вид, что это не я позволила, а вынуждена была подчиниться, такому озабоченному самодуру, как ты».

Встаю у окна и вцепляюсь пальцами в подоконник.

От напряжения даже лопатки сводит.

Не заставляй меня поступаться моей гордостью,Яр!

Только попробуй не воспользоваться шансом, который ты просил, и я точно уйду!

Тихие, почти неслышные шаги словно снимают с моих плеч тяжкий груз собственной гордыни, и в груди распускается горячий цветок.

Приблизившись, Яр перекидывает мои волосы вперед, обнажая шею, и, согревая дыханием, прижимается губами к позвонкам. Язык рисует влажные узоры, запуская мурашки по телу, а крупные ладони скользят по моим рукам медленно, едва касаясь, чтобы не вспугнуть.

А я вдруг понимаю, что хочу того Корельского, который сметает все на своем пути. Разворачиваюсь в его объятьях и сама целую его, дразня и провоцируя. Раз уж я решила рискнуть, то мне нужен мой адреналин, мне нужен мой пожар, мне нужен настоящий Яр.

И выдержка Корельского трухой осыпается к нашим ногам. Туда же летит и моя одежда.

Секунда, и я сижу на подоконнике, обхватив ногами Ярослава за талию, стремясь впаяться в горячую кожу, принимая адский градус его темперамента. Кровь закипает в венах и несется гормональным цунами, толкая меня в бездну. Но одна я не буду тонуть, я утащу Яра с собой. Оказалось, что за одну ночь я успела соскучиться, как за тысячу. Я хочу всего, что он может мне дать.

И пусть мы сгорим дотла.

Отрезая пути к моему отступлению и не оставляя мне возможности передумать, Корельский, усаживает меня на себя и уносит в свою спальню.

Туда, где игра идет по его правилам.

Драконом, сторожащим свое сокровище, закрывает дверь, не отрываясь от моих губ, и укладывает на постель, тут же придавливая собой.

Тискает, сминает почти до боли, осыпает поцелуями, ставя на мне клеймо. Я плавлюсь в этих объятьях, упиваясь его желанием.

Рука пробирается под последний оставшийся на мне клочок ткани.

А там уже немного влажно, и это срывает ему папаху.

Глубокий властный поцелуй отбирает мое дыхание одновременно с проникновением пальца между наливающихся складочек, бедра раскрываются шире навстречу этому движению сами собой.

— Ты моя, Эмма? — требует Корельский признания моей капитуляции, но я молчу, и к одному пальцу добавляется другой. Они двигаются внутри, скользя по передней стеночке и нащупывая там точку, от которой сладость течет прямо к пульсирующему клитору.