Книга Кармен. Комсомол-сюита, страница 28 – Зоя Орлова

Народу набиралось не слишком много, примерно треть кресел оказалась не занятой. То ли фильм неинтересный, то ли людям не хотелось идти в кино на самый поздний сеанс, в десять-двадцать, посреди рабочей недели.По обе стороны от меня ряд темнел пустыми сиденьями. Наконец, свет в зале плавно угас, ожил экран, побежали черно-белые кадры киножурнала «Хроника дня». Я еще повертела головой, но рядом никто не появился. Мысленно махнув рукой, вытянулась вперед, сложила локти на спинке кресла в переднем ряду и оперлась на них подбородком.

Я не увидела, а почувствовала, как слегка качнулся подо мной ряд кресел, когда на место справа кто-то тихо опустился. Я не шелохнулась, ждала, когда пришелец сам заговорит. Прошло несколько минут, меня жгло любопытство. На экране начался фильм. И тут наконец я услышала негромкое:

— Привет.

Я смотрела на экран и никак не реагировала. Сосед, так же, как я, сложил руки на спинку впереди стоящего кресла и точно так же оперся подбородком.

— Про что кино? — спросил он.

Я наконец повернула голову и уперлась взглядом в синие глазищи. Леха!

— Про квартальный план, который горит, — ответила я безразличным тоном и снова уставилась на экран.

— На злобу дня, значит, — заметил он и замолк.

Разговор не клеился.

А я вдруг почувствовала, что не могу больше сидеть в этой расслабленной, вытянутой позе, что начинает болеть спина, а сиденье жутко твердое и неудобное, и звук в зале слишком громкий. Мне захотелось встать и уйти.

— По-моему, муть какая-то, — сказал вдруг Алексей. — Будешь дальше смотреть или пойдем отсюда?

Я молча встала и пошла к выходу в низу зала. Он тоже поднялся и двинулся за мной. Как только мы дошли до бархатной, пыльной шторы, Леха шагнул вперед и открыл одну створку двери, пропуская меня на улицу.

Кругом было тихо, в дремлющих домах изредка светились неспящие окна, задернутые цветными шторами или короткими, на пол-окна, занавесочками. Прохожих почти не было, середина рабочей недели все ж таки. Воздух сладко пах нагретыми за день листьями тополей и лип.

— Куда идем? — спросил Алексей.

— К переправе, — ответила я, — вполне успеваю на последний паром.

— К переправе так к переправе, — согласился мой провожатый.

Значит это он презентовал мне абонемент в кино. Что ж, неплохо. По крайней мере, кино я люблю и от такого подарка не откажусь.

Я наконец увидела его лицо, разглядела в свете уличных фонарей густые темно-русые волосы, упругие пряди челки, упавшие на лоб, правильные черты красивого лица,черные брови над синими глазами, четко очерченный рот. Твою ж канифоль в маслопровод! Вылитый Ален Делон и Николай Петрович с молокозавода в одном флаконе. У меня аж дыхание перехватило. Но, ясен пень, виду я не подала.

— Про кино сам додумался или кто умный подсказал? — спросила я с ехидцей.

— Ну… на танцы ты больше не приходишь. Пришлось поломать голову. А что, не угадал?

— Увы, мон шер… Угадал. — Я состроила страдательную физиономию.

— Сэ манифик, — отозвался Леха и довольно улыбнулся.

— Слушай, чувак, — начала я, чувствуя, как закипает внутри злость, — я все понимаю, ты тут первый парень на деревне и все телочки твои, но… не надо делать вид, что знаешь иностранные языки. Я понимаю, на местных девчат это производит сильное впечатление, но со мной не надо.