Книга Выше только небо, страница 173 – Риз Боуэн

– У нас есть общежитие для родственников тяжелобольных пациентов. До выписки можете побыть там.

Сестра провела Джози в дальний конец палаты и отодвинула отгораживавшую кровать ширму. Стэн лежал с закрытыми глазами. Похоже, он спал.

– Мы даем ему большую доза морфина, чтобы снять послеампутационную боль. Поэтому он может быть немного не в себе.

Джози подошла к постели. Голова и один глаз Стэна были забинтованы. Щеки сероватого цвета ввалились, на макушке топорщились коротко стриженные волосы.

– Мистер Бэнкс, – мягко позвала сестра, – смотрите-ка, кого я вам привела.

Стэн открыл единственный глаз, рассеянно посмотрел на склонившихся над ним женщин и пробормотал:

– Моя Джози. Что ты делаешь в Африке, Джози?

– Ты в Лондоне, дурачок, – сказала Джози и, наклонившись, поцеловала его в лоб. – Больше ни о чем не беспокойся. Я здесь и позабочусь о тебе.

Всю следующую неделю Джози провела в больнице: днем – на жестком стуле возле постели Стэна, ночью – на узкой кровати в госпитальном общежитии. На завтрак давали кашу, на обед – непонятно из чего приготовленную похлебку, на ужин – чай с хлебом и джемом. Стэн время от времени приходил в сознание, а затем снова впадал в забытье.

– Ты не представляешь, Джози, – бормотал он заплетающимся языком, – песок, повсюду песок! Даже когда ешь – песчинки скрипят на зубах. Как хорошо снова оказаться дома.

Раны затягивались. Врачи перестали давать морфин, и Стэн постепенно начал осознавать случившееся.

– Я больше ни на что не гожусь, детка. Тебе придется жить с калекой. Никчемный калека! Лучше бы эта чертова мина разнесла меня на куски.

– Не говори так, Стэн, – Джози пыталась говорить бодрым голосом. – Ты научишься справляться. У тебя есть две отличные здоровые руки. Ты все еще способен делать много полезных вещей. И ты всегда можешь выпить свою пинту в пабе и поболтать с приятелями, верно? И слушать радио. А в погожие дни выйти на прогулку…

– Тебе придется кормить нас обоих, старушка, – сказал он в другой раз. – Найдешь работу. Может, фабрика примет тебя обратно? Ну, хотя бы больше не придется беспокоиться о жилье. Нам повезло, что есть Ширли и Фред.

Джози молчала. Она старалась как можно реже вспоминать о жизни в деревне, ходила вместе со Стэном на занятия по реабилитации, где его учили пользоваться костылями. А прямо перед Рождеством мужа выписали.

– Обычно мы держим тяжелораненых подольше, – сказала сестра, – но Королевский арсенальный госпиталь разбомбили, теперь нам приходится принимать и военных, и гражданских. Мы забиты под завязку. Вам надо будет регулярно менять повязку на культе и делать упражнения. А весной снова вернетесь к нам, и мы подготовим вас к протезированию.

Их переправили на другой берег Темзы по Блэкуоллскому тоннелю и привезли в Уайтчепл к дому Ширли и Фреда.

– Мы отдадим вам гостиную на первом этаже, – сказала Ширли. – Будете жить там, пока ты не научишься подниматься по лестницам. И поставили деревянный стульчак, чтобы тебе не приходилось таскаться в уборную на заднем дворе.

– Спасибо, сестренка. Ты настоящее золото. Не знаю, что бы мы делали без тебя.

Джози была рада, что у нее нет времени на раздумья. Ей приходилось менять повязки, мыть и кормить Стэна и выносить за ним горшок. Джози спала на раскладушке рядом с кроватью мужа, так как он все еще испытывал сильные боли и иногда кричал во сне. Джози было жаль его – молодой, полный сил мужчина превратился в беспомощного инвалида. Но одновременно она не могла не чувствовать жалости к самой себе. На что будет похожа ее жизнь? Заботы о Стэне, работа на фабрике и нескончаемые вечера, проведенные в кресле подле угрюмого мужа. Теперь уже было понятно – Стэн выкарабкается, с каждым днем ему становилось все лучше и лучше. Ради мужа Джози старалась сохранять бодрость, но всякий раз, выходя на улицу и видя праздничные украшения в витринах магазинов, она думала о Рождестве в доме мисс Харкорт. Служащие с авиабазы, женщины из деревни, шумная орава ребятишек – чудесная вечеринка, которую они планировали. Сердце Джози разрывалось от тоски: случившееся казалось таким несправедливым.