Книга Рабыня Изаура, страница 67 – Бернарду Жуакин да Силва Гимарайнш

«Мне надо самому поехать», – подумал Леонсио и, утвердившись в этом решении, отправился к министру юстиции, с которым поддерживал приятельские отношения. Он попросил у него рекомендательное письмо, что означало приказ начальнику полиции Пернамбуку оказывать подателю его энергичное содействие в поиске и задержании беглой рабыни. Кроме того, Леонсио заранее запасся исполнительным листом и ордером на арест Мигела, против которого возбудил уголовное дело, объявив его похитителем и укрывателем своей рабыни. Злодей предусмотрел все, чтобы осуществить свою месть.

На следующий день Леонсио отправился на север на том же пароходе, который вез его письма. Однако они попали к адресатам несколькими часами раньше, чем их автор ступил на землю Ресифи. Как только Леонсио сошел на берег, он отправился к начальнику полиции и, вручив письмо министра, сообщил ему о своих требованиях.

– Должен уведомить вас, сеньор Леонсио, – ответил ему начальник, – что немногим более двух часов назад отсюда вышел человек, уполномоченный вашей милостью задержать эту рабыню. Но он только что вернулся и заявил, что ошибся и признал, что лицо, подозреваемое им, не только не является, но и не может быть рабыней, бежавшей с вашей фазенды.

– Некий Мартиньо, так ведь, сеньор?

– Именно так.

– Удивительно!.. И что вы думаете, сеньор?

– Трудно в это поверить! Здесь у дверей еще находятся судебный исполнитель и полицейские, сопровождавшие его.

– Значит, я зря потерял время и напрасно проделал этот длинный путь? О нет, нет. Это невозможно. Поверьте мне, сеньор, здесь что-то кроется… Говорят, что этот сеньор Алваро очень богат… А этот Мартиньо – негодяй, способный за деньги на любую низость.

– Все может быть, но вам, сеньор, как лицу заинтересованному, все-таки следует проверить это лично.

– Именно так я и намереваюсь поступить. Я сам пойду туда, чтобы своими глазами убедиться, и сделаю это немедленно, если возможно.

– Когда угодно. Судебный исполнитель и полицейские только что вернулись оттуда, и никто лучше их не поможет вам, сеньор, арестовать ее, если вы признаете, что там скрывается ваша беглая рабыня.

– Мне только необходимо, чтобы вы, сеньор, наложили свою резолюцию на этом исполнительном листе, – сказал Леонсио, вынимая исполнительный лист на Мигела. – Следует наказать мошенника, осмелившегося сбить с пути истинного и похитить у меня рабыню.

Начальник, не раздумывая, удовлетворил просьбу Леонсио, который, не мешкая, в сопровождении небольшого конвоя, поместившегося в его экипаже, отправился в дом Изауры, где мы оставили его наедине с Алваро.

Положение Алваро было не только драматичным, оно было просто отчаянным. Его соперник стоял перед ним, вооруженный бесспорным правом унизить, раздавить его и, кроме того, разбить его сердце, отняв у него обожаемую возлюбленную. Кумир его души будет отдан на поругание разнузданным страстям распутного господина, если только не принесен в жертву его ярости. У него не было иного выхода, кроме как безропотно подчиниться удару судьбы и, сложив руки, оставаться безмолвным свидетелем того, как беззащитное ангельское создание, единственная среди стольких красавиц, заставившая его сердце биться в волнении самым страстным и чистым чувством, будет закована в железо и предана бичу палача.