Онлайн книга «Рабыня Изаура»
|
– И что же ты собираешься делать? – Собираюсь добиваться свободы для Изауры и назначения опекуна для защиты ее прав. – И где ты собираешься получить доказательства или документы в подтверждение своей правоты? – Не знаю, Жералдо. Я хотел бы посоветоваться с тобой, именно поэтому я ждал тебя с таким нетерпением. Просвети и вдохнови меня на это правое дело своими юридическими познаниями. Я уже воспользовался первым и самым очевидным для меня способом и сразу же, на следующий после бала день, написал владельцу Изауры в самых умеренных и убедительных выражениях, какие только нашел, предлагая ему назначить цену за ее свободу. Но дело только осложнилось: похотливый и ревнивый раджа пришел в бешенство и прислал мне в ответ вызывающее письмо, которое я только что получил. В этом письме он называет меня соблазнителем и укрывателем чужих рабынь и торжественно обещает прибегнуть к законным средствам, чтобы вернуть невольницу в свой дом. – Весьма глуп и невежлив этот султанишка, – сказал Жералдо, бегло прочитав показанное ему другом письмо, – хотя, если не обращать внимания на его наглый тон, к сожалению, он прав. – За этот тон он даст мне полное и исчерпывающее удовлетворение, на чем я настаиваю. – Несмотря на его наглость, мы вынуждены признать, что он обладает неоспоримым правом требовать назад и арестовать свою рабыню, где бы она ни находилась, если ты не можешь представить никаких законных аргументов в защиту твоей протеже. – Это позорное и жестокое право, мой дорогой Жералдо. Насмешка называть правом варварский свод законов, против которых во весь голос протестуют цивилизация, мораль и религия. Терпеть общество, где разнузданный и тираничный господин, одержимый постыдными желаниями, имеет право мучить хрупкое и невинное создание только потому, что ей выпало несчастье родиться рабыней, это верх злодейства и гнусности! – Не совсем так, мой дорогой Алваро. Эти злоупотребления и подлости должны пресекаться, но как может правосудие или государственная власть проникать в пределы семейного очага и вмешиваться в частную жизнь гражданина? Каких только отвратительных и порочных тайн, порождаемых рабством, не существует на этих плантациях и в поместьях, о которых ни правосудие, ни даже соседи не подозревают… Пока будет существовать рабовладение, будут и такие примеры. Несовершенное законодательство порождает бесконечное количество злоупотреблений, которые можно уничтожить, только вырвав зло с корнем. – К несчастью, это так. Если общество бесчеловечно обрекает этих жертв на произвол их палачей, то, поверь мне, в мире еще есть благородные души, берущие на себя обязанность защитить обиженных или отомстить за них. Что касается меня, Жералдо, то я торжественно обещаю, пока в моей груди бьется сердце, я буду всеми силами бороться за свободу Изауры и надеюсь, что Бог будет на моей стороне в этом справедливом и святом деле. – Насколько я понимаю, Алваро, ты поступаешь так не только из соображений филантропии, но главное, по-моему, ты очень любишь эту рабыню… – Ты прав, Жералдо, я очень люблю ее и буду любить вечно. И я не делаю из этого тайны. Разве странно или постыдно любить рабыню? Патриарх Авраам любил свою рабыню Агарь и ради нее оставил Сару, свою жену. Униженное положение не может лишить Изауру светлого и сияющего ореола, в котором я видел и вижу ее по сей день. Красота и невинность – это звезды, сияющие еще ярче во мраке несчастья. |