Книга Мой любимый шпион, страница 131 – Мэри Джо Патни

Он уснул почти мгновенно, и его тихое дыхание успокаивало. Сюзанна ничуть не удивлялась, что муж так быстро уснул: ведь столько всего произошло за этот день… Он заслужил отдых. Но сама Сюзанна, взбудораженная беспокойными мыслями хоть и была измучена, никак не могла уснуть. Сначала она заставляла себя расслабиться – постепенно, мышца за мышцей; потом принялась вспоминать всю безобразную и страшную сцену с Фаброном, не упуская ни единой подробности; затем представила, как разводит огромный костер, швыряет в него этот мучительный опыт – и пламя пожирает каждое гнусное прикосновение сержанта, каждую каплю ее ярости и чувство стыда, последовавшее за этой вспышкой безумия. Эти мысленные упражнения вызывали дрожь, но помогли немного успокоиться. Этот способ она придумала еще давно, чтобы не сойти с ума от жизни в гареме.

Да, она принадлежала к тем, кто выживает – какими бы ни были обстоятельства, – и она не могла допустить, чтобы все хорошее, что появилось в ее жизни, было уничтожено.

Думая о хорошем, Сюзанна погладила спящего мужа по руке. Как же ей повезло… Найти такого доброго и все понимающего мужчину – редкая удача, хотя вообще-то это он ее нашел. И она надеялась, что он об этом не жалел.

Что ж, эту мысль можно додумать и завтра. А сейчас – наконец-то уснуть.

Сюзанна мирно спала, когда шорох соломы вывел ее из приятной дремоты. Нет, это не враг. Звук слишком тихий для солдата, но раздается совсем рядом. Крыса?

Она осторожно приподнялась и осмотрелась. Симон спал, видимо, не считая угрозой шум от ее пробуждения.

Снова шорох. В полутьме амбара шевельнулось какое-то маленькое существо, но передвигалось оно не так, как крысы. Кошка! Маленькая тощая кошечка тыкалась носом в сумку с едой. Услышав, что Сюзанна поднялась, кошка метнулась в сторону и настороженно уставилась на нее. Проголодалась, бедняжка. Видно, у нее день выдался еще хуже, чем у них с Симоном.

Стараясь не делать резких движений, Сюзанна дотянулась до сумки, придвинула ее к себе и сунула в нее руку. А, сыр!.. Она отломила кусочек, раскрошила и бросила кошке. Та боязливо отскочила, но потом осторожно, припадая на лапы, подползла к еде и мигом проглотила ее, не разжевывая. Сюзанна кинула ей еще немного, и на этот раз кошка не отпрянула, а сразу кинулась есть.

Сюзанна бросала ей сыр крошку за крошкой, пока кусочек не кончился. Увидев, что еда больше не летит в ее сторону, кошка села и изящными движениями лапки принялась умывать острую мордочку, а потом исчезла в густой тени.

Улыбаясь, Сюзанна улеглась на прежнее место и обняла Симона. Это было так отрадно – накормить голодного.

Наутро Сюзанну разбудило что-то маленькое, холодное и влажное, ткнувшееся ей в щеку. Открыв глаза, она с удивлением увидела смотревшую на нее с надеждой серенькую с полосками кошечку. Вблизи было видно, что это не взрослое животное, а подросший котенок. Страшно худой, с золотистыми глазами. «Видимо, и спала она здесь же, рядом со мной», – догадалась Сюзанна: ее плечу было тепло, словно его долго укрывали меховым одеяльцем.

Сюзанна осторожно протянула руку, почесала кошку за ухом и была награждена за это усердным мурлыканьем. Кошечка выгнула спину, повернулась под ее рукой и радостно вскинула вверх длинный тощий хвостик. Сюзанне открылся вид сзади: стало быть, не кошечка, а котенок, – «он», а не «она».