Книга Обесчещенная леди, страница 35 – Мэри Джо Патни

— Однажды я упала с лошади и мне пришлось вправлять плечо. Боль была жуткая, но костоправ сделал так, что все прошло за несколько секунд. Просто поразительно!

— Да, это работа, в которой результаты видны сразу, — кивнул Лукас. — Не все проблемы с суставами так легко исправить, но, как правило, хоть немного помочь удается. Брат Эммануэль многому меня научил. У него в семье все умели лечить, а вот своих сыновей у него не было, так что он передал мне не только свои знания, но и техники, которыми владели его предки.

— А ты не думал тоже кого-то обучить? Такие уникальные навыки обязательно надо кому-то передать!

— До сих пор не думал. — Еще с полквартала он задумчиво молчал, потом сказал: — Да, возможно, ты права. Брат Эммануэль неизменно помогал каждому, кто в этом нуждался. Думаю, он был бы только рад узнать, что его знания не пропадут. — Они уже подходили к особняку Дювалей, так что он спросил: — Не хочешь зайти поздороваться с Сюзанной, а затем уже отправиться в Торсей-хаус?

— С радостью.

Сюзанна сидела в гостиной, на коленях у нее мирно спала Мэделин. Лукас снял шляпу, поздоровался и сообщил:

— Киркленд уже начал работу над делом Кенди — и его первые шаги впечатляют.

— Рада это слышать. Я думала пойти с вами, но… — Она хихикнула. — Похоже, после рождения Мэдди я пустила корни! Все, чего хочу, — сидеть с ней вот так и никуда не ходить.

Кенди рассмеялась:

— Это ненадолго, так что наслаждайся, пока можешь!

— Хочешь ее подержать? — предложила Сюзанна. — А я пока немного разомнусь.

— Конечно! — Кенди осторожно взяла на руки ребенка и опустилась в кресло. — Какая прелесть! И сразу видно, что девочка. Кристофер тоже был очень хорошенький, но было понятно, что это мальчик. И как только некоторыемогут считать, что все младенцы на одно лицо?

— Да, новорожденных различить нелегко, — заметил Лукас. — И все же через какое-то время понимаешь, что у каждого с самого рождения свое лицо, свой характер.

Вглядываясь в нежное розовое личико малютки, Кенди вдруг ощутила, как в груди шевельнулась странная боль, давно забытая и похороненная. Боль… и смятение… и гневный мужской голос: «Девчонка, да еще и еле дышит! Дочь мне не нужна! Избавьтесь от нее!» Кенди задохнулась от боли, словно наяву ощутив, как из рук у нее вырывают ребенка…

Боль. Смятение. Отчаяние.

Опустевшие руки…

Мир потемнел; задыхаясь в мрачных глубинах прошлого, она хватала ртом воздух, и, опасаясь уронить ребенка, встала и торопливо передала девочку матери, а сама сделала нетвердый шаг назад.

— Что с тобой, Кенди? — тревожно спросила Сюзанна, баюкая дочь. — Ты словно привидение увидела!

Кенди наткнулась на кресло и едва не упала.

— У меня была дочь! — выдохнула она. — У меня была дочь!

Перед глазами у Кенди стоял туман. Она пошатнулась — и непременно упала бы, если бы сильные мужские руки не подхватили ее и не помогли опуститься на диван. Лукас прижал Кенди к груди, и его теплые объятия и ровное биение сердца помогли успокоить ее потрясенные нервы.

— Сюзанна, распорядись подать чай, — приказал Лукас. — И принести бренди.

Кенди услышала, как Сюзанна звонит, вызывая слуг, почувствовала, как Лукас укутывает ее одеялом.

— Кенди, — сказал он тихим, успокаивающим голосом, баюкая ее, словно ребенка, — все хорошо. Что бы за ужас тебе ни явился — это ужас из прошлого. Здесь ты с друзьями и в безопасности.