Книга Обесчещенная леди, страница 34 – Мэри Джо Патни

— У вас с Симоном общее деловое предприятие?

— Да, хотя я не слишком-то активно в нем участвую. Наши матери — сестры, а наш дед был весьма успешным предпринимателем и все свое состояние оставил дочерям и нам, своим внукам. Симон активно занимается семейным делом и постоянно отпускает прозрачные намеки, что стоило бы и мне присоединиться.

— А как ты к этому относишься?

— Как я и сказал, у Симона это получается лучше, — усмехнулся Лукас. — Много лет я избегал этой радости под удачным предлогом — все считали меня покойником. Меня бы и дальше устраивала эта ситуация, но замучила совесть.

— Это полезно, но не всегда удобно, — пробормотала Кенди.

— Очень верно. — Он взглянул на нее с высоты своего роста. — А как твои дела?

— Я поражена: Киркленд необыкновенный человек. И если все его агенты такие, как эта Хейзел, то он наверняка способен найти любую информацию.

— В Брюсселе, до и после Ватерлоо, я встречал и других его агентов — и да, все они мастера своего дела.

— Хейзел наверняка сумеет выяснить, где Кристофер, верно? — с надеждой сказала Кенди.

— Не сомневаюсь. Ну а если нет, мы найдем другие возможности.

— Спасибо, что говоришь именно то, что я хочу слышать. Надеюсь, я еще не слишком тебя утомила. — Она тяжело сглотнула, а затем добавила почти шепотом: — С самого рождения Кристофера меня мучили кошмары, снилось, что его вырывают у меня из рук. Даже сейчас, когда он уже довольно большой мальчик, во сне я по-прежнему вижу его беспомощным младенцем. Его отнимают у меня и куда-то уносят, и я не могу ничего предпринять.

Он накрыл ее руку своей.

— В тебе течет шотландская кровь, а шотландцы, говорят, обладают даром предвидения. Быть может, ты предчувствовала то, что произошло, но теперь кошмар сбылся и настало время для новых пророческих снов. Постарайся представить себе, как вы с Кристофером воссоединяетесь, и думай об этом почаще.

— Думаешь, это поможет? — с сомнением проговорила Кенди.

— Не повредит. Верно, что порой наши худшие страхи становятся явью, но иногда все оборачивается лучше, чем мы ожидали.

— А с тобой так бывало?

— Да, и не раз: порой казалось, что смерти не избежать, предчувствовал, что навсегда расстался с семьей и прежней жизнью, — но вот я здесь, хотя и не всегда понимаю почему. И все же я заново привыкаю к Лондону и нахожу здесь свое место.

— Мне кажется, тебя очень обрадовало предложение леди Киркленд поработать в ее лечебнице.

— Еще бы! Я ведь не только моряк, но и целитель, хотя в последнее время пренебрегал этой стороной своей жизни: возможно, чувствовал, что надо дать себе отдых после Ватерлоо. Столько раненых… — С десяток шагов они прошли молча. — В те дни Брюссель превратился в огромный лазарет: заняты были все, кто мог принести воды, перевязать рану или как-то помочь раненому. Поразительный опыт, очень плодотворный — но и изматывающий.

Кенди уже приходилось читать рассказы о тихом подвиге жителей Брюсселя.

— Должнобыть, Сюзанна трудилась там вместе с тобой?

— Да, а с ней и все, кто жил в том доме. — Он вздохнул. — Хотел бы я тогда сделать больше!

— Все мы делаем столько, сколько можем. И вовсе не обязательно себя винить за то, что мог бы, но не сделал больше.

— Необязательно? Вот уж не знал, что от чувства вины можно просто отказаться!

Он взглянул на нее, и оба рассмеялись. Она сама удивлялась, почему, несмотря на все что перенесла и что еще предстояло перенести, рядом с Лукасом опять смеялась и чувствовала себя легко и свободно.