Книга Фани Дюрбах и Тайный советник, страница 48 – Алла Ромашова

Миловидная девушка в скромном, но элегантном платье изумрудного цвета, которое красиво оттеняло ее каштановые, уложенные в строгую прическу волосы, тоже смотрела в окно из генеральского дома. Это была француженка-гувернантка Фани Дюрбах. Увидев Мишкин конфуз, девушка звонко рассмеялась, задёрнула тяжелые шторы и повернулась к своим ученикам. Перед ней за столом сидели мальчик и девочка лет двенадцати. Оба с одинаково светлыми кучерявыми волосами, похожие на ангелочков с миниатюр. Вот только характер у этих божьих созданий был совсем на ангельский. Пока гувернантка выглядывала в окно, Наталья опрокинула чернильницу на тетрадку брата, и огромная клякса залила записи и стол. Анатолий, недолго думая, схватил листы сестры и бросил их поверх лужи. Когда мадемуазель Дюрбах повернулась к детям, ее ждала картина апокалипсиса: Наталья вцепилась в волосы Анатолию, а школьные тетрадки безнадежно промокли.

— Arrêtez ça tout de suite, petits vandales! Sinon, je vais appeler votre papa!^[12]

Дети враз присмирели и оторвались друг от друга. Фани устало махнула рукой — урок окончен.

Гувернантка взяла из вазы, стоящей на столе, яблоко, надкусила его и вышла из комнаты вместе с детьми, держа в руке ароматный плод. Они начали спускаться по деревянной лестнице на первый этаж.

Навстречу гувернантке и воспитанникам поднимался по ступенькам молодой человек в слегка потертой форме горного инженера, с темными вьющимися волосами, с носом-пуговкой, на котором сидели круглые очки. Все его лицо, манера близоруко щуриться, смотреть несколько в сторону от собеседника, вскидывая вопросительный взгляд, выражало уступчивость характера. А извиняющаяся улыбка на губах — доброту и щепетильность.

— Арсентий Петрович, здравствуйте! — ласково обратилась к нему Фани. Ее воспитанница присела в книксене. Анатолий наклонил голову.

— Здравствуйте, мадемуазель Дюрбах, — широко улыбнулся молодой человек. — Приветствую и вас, Наталья, Анатолий. Ваши занятия окончены? Что прошли?

Мальчик отвечал вдумчиво и не спеша:

— Сегодня была география, говорили про Америку и Новый свет. Я бы хотел поехать туда и своими глазами увидеть эту великую страну.

— А вы что скажете, мадемуазель Натали?

Наталье не терпелось побыстрее выскочить из дома в залитый солнцем парк. Она ответила скороговоркой, поглядывая в окно и теребя руками фалды на платье:

— Мне больше интересен наш край. Я так хочу попасть в Санкт-Петербург! Когда вырасту, уеду в столицу и стану блистать на балах.

Анатолий скептически хмыкнул:

— Тебе бы все блистать. А вот выйдешь замуж и будешь жить где-нибудь в Сарапуле.

Наталья притворно засмеялась, словно брат сказал что-то ужасно забавное, показала ему язык и в одно мгновение скатилась по лестнице, перепрыгивая через ступеньку и крича на бегу:

— Зато я буду с мужем путешествовать по Европе, а ты всю жизнь, как папенька, прослужишь на заводе!

Анатолий степенно поклонился горному инженеру и начал было спускаться не спеша, но вскоре не удержался и помчался вслед за сестрой. Раздался крик и девчачий визг.

Фани закатила глаза.

— Тяжело вам с ними? — сочувственно спросил молодой человек.

— Уже легче. Когда я только приехала из Воткинска, они были совсем непослушными. Их учитель, месье Шарль, больше занимался собой и местными горничными, чем детьми. Сейчас, Натали и Анатоль стали гораздо лучше. Думаю, как повзрослеют, их ссоры закончатся. Вы к Алексею Ивановичу? Или к Софье Ивановне? Уверена, они будут рады вас видеть.