Книга Графиня на арене, страница 119 – Минерва Спенсер

— …сегодня уже не придет, — услышал он слова одного из выходивших из дома мужчин. — Но ты лучше останься пока тут на всякий случай, а я вернусь узнать, чего от нас еще хотят.

— Пойдешь в цирк? — спросил кто-то из дома, оставаясь спиной к свету, так что лица было не разобрать. — Это одна из этих проклятых циркачек помогла ей ускользнуть от нас утром. Надо бы проучить их как следует.

Второй засмеялся, и от этого смеха у Эллиота волоски на шее встали дыбом.

— Да, непременно, чтобы знали хорошие манеры, но сначала надо разобраться с Уингейтом.

Эллиот от неожиданности вздрогнул, и что-то — сучок? — хрустнуло у него под ногой. Тот, кто стоял снаружи, резко обернулся, и челюсть у него отвисла, когда понял, кто перед ним.

— Черт бы меня побрал! Смотрите, кто пожаловал! — нашаривая пистолет за поясом, захохотал мужчина.

Эллиот оказался быстрее: выхватив пистолет, почти не целясь, нажал на спуск.

Джо очнулась с пульсирующей головной болью и не сразу поняла почему.

И тут нахлынули воспоминания: Даниел Моррисон без сознания, она кого-то ранила, на нее напали… О боже!..

— Ангус! — вырвалось из горла так хрипло, будто она не говорила годами.

Джо попыталась встать, но когда не получилось, поняла, что привязана к стулу.

Проморгавшись, огляделась, когда туман перед глазами немного рассеялся. Это была простая спальня вроде монастырской — Джо жила в такой, когда пряталась в монастыре во время жизни во Франции.

У одной стены имелся очаг, но он был пуст и не горел, никаких подходящих инструментов на металлическом крюке, прибитом к стене четырьмя гвоздями, тоже не наблюдалось.

Джо металась взглядом по комнате в поисках чего-нибудь, что могло бы сойти за оружие, пробуя на прочность грубую веревку на запястьях в надежде, что она поддастся, но тот, кто ее связал, потрудился на славу. А в комнате не было ничего кроме постели, второго деревянного стула — такого же, как тот, на котором сидела она, — и ширмы, за которой, как она предположила, скрывался ночной горшок.

Пока что самым многообещающим выглядел крюк — чугунная штуковина грубого литья. Если с этим ничего не получится, надо проверить, из чего сделан ночной горшок: если из фаянса, его можно разбить… Джо огляделась в поисках какого-нибудь предмета, чем можно было бы разбить толстый слой керамики. Кроме крюка был только сам каменный очаг…

Что ж, об этом она позаботится позже.

А пока…

Джо несколько раз глубоко вдохнула и медленно выдохнула, пока не прояснилось в голове. Ноги были связаны, но к стулу не примотаны. Она улыбнулась и осторожно приподнялась, затем маленькими шаркающими шажками направилась к очагу. Дважды приходилось останавливаться, чтобы дать отдохнуть дрожащим ногам, но ей удалось добраться до очага почти без шума и осторожно развернуть стул спинкой к крюку.

Джо чуть не взвыла от боли: похоже, у нее вывихнуто плечо, — когда попыталась прижать веревку к металлическому крюку. Далеко не сразу, но это все же получилось, и она начала пилить ее, двигая запястьями вверх-вниз. Какая-то неровность чугунного крюка с каждым разом цеплялась за лубяное волокно веревки, но времени, чтобы освободиться, явно понадобится уйма. Она как раз собиралась передохнуть, когда за дверью раздались тяжелые шаги.

Джо едва успела опустить руки и отъехать на фут в сторону, прикрыв глаза и расслабив лицо.