Книга Герцогиня-дуэлянтка, страница 139 – Минерва Спенсер

Глаза Сесиль едва не выскочили из орбит, и она пробормотала:

– Это же чудесно!

Гай не стал лишать ее иллюзий. Ведь совсем скоро она собственными глазами увидит этого красного, толстого, вечно потеющего и потакающего своим желаниям старого болтуна и сластолюбца.

Сам Гай страшился встречи с принцем-регентом. Его отец был старинным другом принца Уэльского, и эти двое пробуждали друг в друге самое худшее, но еще больше ситуацию осложняло то обстоятельство, что дед Гая был близким другом короля. Поскольку дед никогда не стеснялся в выражениях, во время их встречи в Фейрхерсте, за сигариллами и стаканчиком портвейна, дед вновь поднял тему сыновней ответственности. Получив взбучку, принц тотчас же покинул дом герцога и больше никогда там не появлялся.

Поняв, что витает в облаках, Гай встряхнулся и перевел взгляд с Сесиль на Блейд.

– Я бы хотел ангажировать каждую из вас на пару танцев прямо сейчас, пока ваши карточки не заполнились до отказа. Сесиль, не могла бы ты оставить для меня первый вальс и последний танец перед ужином?

– Разумеется.

Гай повернулся к Блейд:

– Как насчет первого танца и танца после ужина?

Губы Блейд изогнулись в еле заметной улыбке.

– Да, конечно.

Гай и Сесиль только вчера обсуждали отношения Блейд и Эллиота. Именно она предложила Гаю пригласить Блейд на первый танец.

– Но Эллиот тоже будет на балу, – возразил Гай. – Вдруг ему захочется пригласить ее.

– Нет, лучше все же последовать моему совету. Это даст ему пищу для размышлений.

Гай рассмеялся:

– Если думаешь, что мне удастся заставить Эллиота ревновать, то ты сильно ошибаешься. Более хладнокровного человека не сыскать. К тому же наша дружба не продлилась бы так долго, если бы я перехватывал его добычу.

– К чему этот охотничий жаргон? – возмутилась Сесиль, вскинув блестящую черную бровь. – Если она интересна Эллиоту, он должен это как-то показать.

Гай был согласен с ее мнением. Раз уж ему приходилось страдать от стрел любви, то пусть пострадает и друг.

– Вот мы и на месте, – произнес Гай, когда экипаж подъехал к площади, и указал в окно: – Вон там, впереди, через четыре дома от нас.

– А гости не могут просто выйти из экипажей и добраться пешком? – спросила Блейд, глаза которой округлились от удивления при виде такого количества экипажей.

Гай притворно охнул:

– Что вы такое говорите, мисс Браун! Вы же испортите свои туфельки.

Блейд посмотрела на собственные ноги, словно забыла, что на ней надето.

– Удобные? – поинтересовался Гай.

– Не такие, как мои ботинки.

Гай рассмеялся:

– Трудно не согласиться.

Сесиль понимала, что разглядывает просторный холл и парадную лестницу как какая-то деревенщина. Но могло ли быть иначе? Прошло много лет с тех пор, как она жила в замке герцога Ла Фонтена, но даже тогда не выходила за пределы помещений для слуг.

– Я так рад, что вы смогли приехать, – произнес Син, герцог до мозга костей. Его светлые волосы блестели, а зеленые глаза, сиявшие на красивом лице, напоминали яркие хризолиты.

– Благодарю, ваша светлость. Рада видеть вас снова, – произнесла Сесиль, подавая Сину руку в знак приветствия.

Окружающие хранили гробовое молчание, и Сесиль знала, что им ужасно хотелось услышать, о чем они говорят. И дело было не только в Гае, вызвавшем шквал пересудов одним лишь своим появлением на пороге дома Стонтона, но и в том, что ее узнали очень многие мужчины.