Книга Соблазнительная скромница, страница 85 – Валери Боумен

— Да, да! Да! О боже, да!

Он вошел в Лиз в последний раз, отправив ее за грань наслаждения, затем резко вышел и рухнул, присоединившись к ней в сладком забытьи.

Элизабет откинулась на подушки. Тело продолжало тихо петь от наслаждения, когда Кристофер опять сжал ее в объятиях и принялся целовать. Как это возможно, чтобы она так быстро снова захотела его? Как это возможно, чтобы он опять был возбужден и готов к соитию? Свидетельство этого желания прижималось сейчас к ее бедру. Элизабет закрыла глаза и откинула голову. Этому мужчине она готова позволить даже самое порочное. Что бы он с ней ни делал, ей хотелось еще и еще. Наверняка у него в запасе множество всяких разных штук. Она собиралась непременно все узнать… если только он не станет заводить разговоров о замужестве.

Хорошо хоть, что сегодня ему было не до того. Ее это лишило присутствия духа в первый раз. Утром она страшно разозлилась после их разговора. Казалось, что он не хочет слышать ни слова из того, о чем она говорила. Знай повторял, как заведенный, что они должны пожениться. Она не могла позволить каким-то мелочам, правилам определять ее будущее и превращать ее жизнь в ад. Элизабет не разговаривала с ним целый день и специально не позвала отправиться с ней в деревню. Она и слышать ничего не хотела о замужестве. Пусть Джессика и Вероника обрели свое счастье, но семейная жизнь ее сестер скорее исключение, а не правило. Для женщины все в большинстве случаев кончается таким браком, какой был у ее матери: неверный муж, который считал жену обузой, нежеланной собственностью.

И все-таки, несмотря ни на что, она, оставшись ночью одна в своей спальне, понимала, что должна увидеть его: желание оказалось нестерпимым. В голове у нее раз за разом прокручивались сцены их прошлой ночи, дыхание сразу становилось прерывистым, и ей приходилось крепко сжимать бедра, чтобы унять тянущую боль, которая возникала внизу живота, как только она начинала вспоминать то, что ощущала, когда он входил в нее, и все, что шептал ей на ухо. Она нуждалась в нем, и это не поддавалось контролю.

И Кристофер с готовностью не только принял ее, но и снова занялся с ней любовью. Возможно, он пришел в себя и понял, как и она, что его предложение выйти за него не что иное, как проявление надуманного рыцарства с его стороны после того, что произошло. Им явно владело чувство вины, но для этого не было причин. Они оба хотели друг друга. От того, чем они занимались, никомуне было плохо. Вот что непонятно: если бы она была вдовой или стояла ниже на социальной лестнице, тогда бы это ничего не значило, но невинная девица из высших слоев общества — сосем другое дело. Смешно!

Элизабет хотела его совершенно неистово, что стало для нее самой полной неожиданностью.

Поцеловав в плечо, Кристофер уткнулся носом в ухо, но она повернулась, подставляя шею.

— Почему ты не хочешь выйти за меня?

О нет! Только не это! Может, надеть ночную рубашку и выскочить из комнаты?

— Я же ясно сказала: не собираюсь никому принадлежать.

— Почему — именно принадлежать?

Его губы прижимались к ее шее, мешая думать, но она не пропустит этот довод, как бы он ее ни соблазнял.

— По закону именно так — принадлежать.

Его ладонь легла ей на грудь, он поиграл с соском большим пальцем, вызывая в ней ответную волну желания.