Книга Кухарка из Кастамара, страница 27 – Фернандо Х. Муньес

– Дорогой друг, – сказал он, наливая себе ликера, – мой отец всегда утверждал, что у тебя резкая манера речи.

Клара попыталась увидеть второго собеседника, но ей не удалось. Однако она ясно различила его голос с нотками обиды за резкость, в которой его обвинил друг.

– Я не выношу этих куриц, которые начинают кудахтать по поводу моей жизни, стоит только какой-нибудь даме приблизиться ко мне, – ответил тот с противоположной стороны.

Первый молодой человек, такой же бесцеремонный, как и его взгляд, сел, закинув ногу на подлокотники кресла, и приспустил с пятки туфлю на каблуке.

– Да ну брось, – возразил он, сделав маленький глоток. – Ты же не будешь отрицать, что являешься самым желанным холостяком во всем Мадриде.

– Вдовцом, – снова послышался голос невидимого собеседника.

Клара интуитивно почувствовала, что именно герцог отвечал молодому человеку, который элегантно положил ногу на ногу и покачал головой, будто хотел убедить собеседника, что эти тонкости не имеют значения.

– Ну хорошо, вдовец. – Он улыбнулся. – Но не будешь же ты отрицать, что прямо сегодня в театре «Принц»^[18]Инес де Рохас в дамской ложе не сводила с тебя глаз. Да скажите ему, дон Габриэль, в конце концов, вы вместе выросли. Возможно, на ваши слова он обратит больше внимания.

Вдруг послышался третий голос, да так близко от Клары, что она поняла, что ее могут застать за подслушиванием чужого разговора. Прямо справа от нее стоял высокий, плотного телосложения человек в атласном платье, в перчатках и в сюртуке насыщенного светло-желтого цвета, который до сих пор не выдавал себя ни голосом, ни движением. Она не могла разглядеть его лица, но подумала, что услышала достаточно, чтобы убедиться в том, что это не грабители. И уже решила было идти назад, виня себя в том, что так некстати подслушала чужие разговоры, но тут молодой человек сделал шаг в сторону, его лицо оказалось на виду, и Клара замерла. Она прикрыла рот рукой, чтобы сдержать возглас, и несколько раз поморгала: человек справа от нее был цветным.

– Он уже знает мое мнение, – последовал его ответ. – Он спросил его давно и не хочет снова касаться этой темы. Он знает, что должен жениться ради Кастамара, о чем ему годами твердит матушка. На карту поставлено продолжение рода.

– А что же сеньорита Амелия де Кастро? – прервал его бесцеремонный молодой человек. – Красавица.

– Безнадежно, – ответил упомянутый Габриэль. – Как сказал великий поэт, любовь смотрит не глазами, а душой^[19].

«Чернокожий мужчина в изысканном платье, сшитом на заказ, с шейным платком и с манерами кабальеро!» – подумала Клара. Она едва могла в это поверить, в голове все перемешалось. Похоже, он вырос в одном доме с третьим, загадочным мужчиной, вне сомнения, герцогом, который все еще был скрыт от ее взора. Вероятно, поэтому он получил должное образование и, наверное, был рабом, к которому его светлость испытывал большую симпатию, что давало тому право вести себя с такой дружеской непринужденностью. С противоположной стороны кто-то недовольно фыркнул.

– Так было, и предполагаю, что так же будет и дальше, – раздался третий голос с той стороны салона. – И у меня не ледяное сердце, Габриэль. Ты наверняка убедился уже, что я вернулся по крайней мере к некоторой общественной жизни. Даже Филипп меня с этим поздравил.