Книга Возлюбленная распутника, страница 157 – Виктория Воронина

Яков порывисто встал со своего места, едва дежурный офицер покинул кабинет. Мейбелл подумала, что он захотел ударить ее, как это некогда сделал барон Вайсдел. Она испуганно отшатнулась, но король всего лишь остановился возле нее и, приблизив свое лицо чуть не вплотную к ее глазам, зло проговорил:

— Наконец-то мы встретились, крошка! А ты думала, я тебя не поймаю, и тебе сойдет с рук твой обман и бегство от меня⁈

— Ваше величество, я слишком жалкая и ничтожная особа, чтобы вы тратили свой гнев на меня, — жалобно проговорила Мейбелл, надеясь своим уничижением смягчить злобу мстительного короля. — Я виновата перед вами, но я всего лишь наивная девушка, и как-то неправильно наказывать меня за мою глупость.

Но ее попытки оправдаться еще больше разъярили Якова Второго.

— Как вы можете называть себя ничтожной особой, если я сделал вам предложение стать моей женой! — в бешенстве воскликнул он. — Да, я совершил ошибку, когда вопреки обычаю и собственному здравому рассудку пожелал жениться на вас, но даже самой глупой из глупейших женщин было бы понятно, что значит для нее предложение стать королевой! Вы не просто изменили мне, негодная, вы оскорбили меня так, как еще не удавалось оскорбить ни одному человеку на свете. Поэтому вы предстанете перед судом за государственную измену, и он очень быстро вынесет вам заслуженный приговор, поверьте мне.

Мейбелл, рыдая, упала перед королем на колени.

— Сир, простите меня! Я еще так молода, мне еще не исполнилось девятнадцати лет, — взывала она к Якову Второму. — Назначьте для меня другое наказание, любую кару я снесу со смирением, только не лишайте меня жизни, молю вас!

Девушка пыталась поцеловать королю его руку, но он резко выдернул свою ладонь из ее тонких пальцев и сурово произнес:

— Мое решение принято, вы ответите сполна за все свои преступления. Мой брат Карл предупреждал, что меня погубит мое пристрастие к дешевым шлюхам, но я переборол свою душевную слабость и теперь, ни вы, ни плотский грех больше не имеете надо мной власти! Я навеки отрекаюсь от вас, и советую вам использовать свои последние дни для перехода в истинную веру и власть его святейшества папы Римского!

Эти слова лишили Мейбелл последней надежды на спасение, но она была уже такой обессиленной после всех волнений, что воспринялапоследние слова короля с тупой покорностью. Единственной милостью, которую соизволил оказать ей Яков Второй было помещение в одиночную тюремную камеру с крохотным окошком, отгораживающей ее от других заключенных преступников. Там Мейбелл забилась в угол, и начала молиться, стараясь не поддаваться страху смерти.

Герцог Мальборо приехал, когда Мейбелл была уже заключена в темницу Малсбери-хауса. Пообщавшись со своими знакомыми из свиты короля, Джон Черчилль узнал, что леди Уинтворт не вводила его в заблуждение, утверждая, будто ей угрожает смертная казнь. Это открытие потрясло Мальборо. Просто не верилось, что леди Мейбелл Уинтворт такая молодая, такая красивая будет скоро казнена. Герцог решил действовать, и для начала он добился свидания с девушкой, понимая, как ей страшно и одиноко в тюрьме. Подкупить тюремщика Уильяма Робинсона не составило труда; свои основные доходы тюремные надзиратели получали не от государственной казны, а от самих заключенных и их близких.