Книга Возлюбленная распутника, страница 118 – Виктория Воронина

— Мейбелл, пойдем! — на этот раз в его глазах, устремленных на нее было понимание и сочувствие. — Скоро начнется отлив, и нам нужно успеть сесть на корабль.

Во время ходьбы Мейбелл начала постепенно приходить в себя после жестокого потрясения. Ее глаза все чаще останавливались на лице находившегося впереди графа Кэррингтона, еще сохраняющего отпечаток перенесенной им изнурительной болезни, и любовь к нему снова заполнила ее сердце, вытесняя из него обиду и острую боль. Девушка в который раз залюбовалась красивым аристократичным лицом своего мужественного возлюбленного, ощущая при этом невольную радость и благодарность судьбе. Мейбелл улыбнулась сквозь слезы. Главное — это то, что они снова вместе, снова рядом, и она найдет способ снова завоевать сердце Альфреда Эшби, добьется его прощения и вернет себе его доверие.

После выхода судна в открытое море погода начала заметно портиться, и резкий ветер внезапно перешел в шквал. Капитан «Веселого Сарацина», решив воспользоваться небольшим ураганом, велел распустить все паруса. Но скоро налетел порывистый яростный «норд-ост», когда-то носивший название «ветра галерников». Он сразу с бешеной силой обрушился на парусник, изрядно раскачиваемый большими волнами. Судно накренилось, но не замедлило хода и продолжало нестись в открытое море. Буря пугала путешественников меньше, чем земля, и боязнь преследования со стороны властей пересиливала страх перед надвигающим неистовым штормом. Корабль со всей быстротой, на которую он был способен, несся в море, и очень скоро берег скрылся из вида.

Но корабельная команда быстро пожалела о своем опрометчивом обещании выйти в море; по всем видимым признакам буря грозила разразиться нешуточная. На часть небосклона наступали клочья сизого тумана, все больше заполняющая небо. Сразу подуло несколько ветров: порывистые с запада и более медленные с востока. Они раскачали корабль так сильно, что Летти не выдержала и испуганно закричала:

— Ой-ой, наше судно перевернется, и все мы утонем!

Более уравновешенная и смелая Мейбелл начала успокаивать свою камеристку:

— Летти, милая, у нас на борту опытная морская команда, которая не раз вела этот корабль через сокрушительные бури. Будем молиться богу о нашем спасении; только так мы можем помочь нашим мужчинам справиться с ураганом.

При этом Мейбелл не имела в душе той уверенности, которую она демонстрировала своей служанке, но девушка изо всех сил старалась не поддаваться панике из-за разгулявшейся непогоды.

Туман набухал, поднимался клубами и застилал горизонт. Создавалось впечатление будто невидимое чудовище исподволь раздувало бурю. Облака принимали зловещие очертания и темнели на глазах. Черная туча заволокла большую часть небосвода, захватила восток и двигалась против ветра. Водная стихия окончательно разбушевалась, и морская пучина начала исторгать звуки, похожие на жалобные стоны. Ветер подул прямо с севера. Ярость, с которой он налетел на судно, была на руку беглецам, ибо его порывы с немыслимой скоростью гнали парусник прочь от берегов Англии. Весь в хлопьях пены, подгоняемый ветром, дувшим в корму, парусник нессякак бы вскачь, неудержимо перепрыгивая с волны на волну, пока не стало опасно крениться в левую сторону.

Альфред Эшби на правах жениха Мейбелл поднялся в женскую каюту, расположенную на самом безопасном месте кормы, и привязал Мейбелл и Летти крепкими веревками к опорным столбам. Только таким способом он мог уберечь их от многочисленных травм и опасных ушибах при чудовищной качке корабля. Затем граф Кэррингтон вернулся на палубу, где присоединился к команде моряков, направивших все свои усилия на то, чтобы удержать судно на плаву. Он и Джордж Флетчер не смотря на свое знатное происхождение не погнушались работать наравне с матросами, когда речь зашла о спасении людей, находившихся под их началом.