Книга Непристойные уроки любви, страница 126 – Амита Мюррей

– Так Сара Марли поэтому наняла Энни? Потому что знала, что это от тебяона беременна? – спросила она Джонатана, вложив в слова все свое изумление и всю ненависть.

Для тебяона леди Марли, – не удержался Джонатан. На его лице читалась такая же ненависть. – Конечно же матушка не знала. За кого ты меня принимаешь? Я убедил ее, что Энни нам нужна – присматривать за вашей поганой троицей. Она решила, что это разумно. И Энни держалась от меня подальше и… Мэйзи тоже держала подальше от меня. Я думал, что поступил как должно, предложив этой девке кров. Но пожалел о своем великодушии, когда она начала просить у меня денег Мэйзи на учебу.

Лайла схватилась за сердце. Земля и так вышла у нее из-под ног, когда она узнала, что Джонатан отец Мэйзи. А теперь горизонт качнулся снова.

– Ты… ах ты паршивец. Это тыподложил шкатулку в комнату Энни!

Джонатану удалось изумить и Мэйзи. Она тихо, тонко вскрикнула от удивления и боли. Затем пошатнулась, и хотя кочерга при этом воткнулась в шею Джонатана сильнее, ему удалось воспользоваться ее неустойчивыми положением. Раньше чем Лайла успела что-то предпринять, а Мэйзи – совладать с собой, кочерга полетела на пол. Джонатан Марли остался там же, где и был, спиной к стене, однако теперь в руке у него был пистолет, и направлен он был прямо в живот Мэйзи.

Рука Лайлы машинально взметнулась вверх, будто отгоняя что-то. Она едва дышала.

Мэйзи выглядела ошарашенной – хотя и готовой дать Джонатану отпор, наплевав на последствия.

– Мэйзи, не шевелись, – тихо сказала Лайла. – Только не шевелись.

Никакой паники. Нельзя выдать свою панику.

Позади Лайлы раздался шум. В этот раз глаза Джонатана сверкнули. Кто-то еще зашел в комнату, но Лайла не посмела обернуться.

– Брось пистолет, Беддингтон.

Лайла чуть не осела на пол от облегчения. Тристрам…

Он встал рядом с ней. Лайла поймала его взгляд – что-то в нем мелькнуло. Некое предупреждение или некий намек. Лайла растерянно посмотрела на него. Она не была уверена, что Айвор хочет от нее чего-то. Но он на нее уже не глядел. Его глаза были прикованы к Джонатану.

– Рад тебя видеть, Тристрам, – сказал тот, скривив лицо в гримасе. – Ты прав. У меня нет желания проливать кровь. Это было бы совершенно неприемлемо. Я хочу лишь уйти отсюда. Но мне нужно, чтобы ты дал слово джентльмена, что не будешь меня преследовать.

– Я тебя буду преследовать, – прорычала Мэйзи.

На мгновение Лайла зажмурилась. Девочка, не время сейчас для этого! Пистолет был направлен прямо ей в живот. Если Джонатан спустит курок, и ребенок, и Мэйзи умрут; Лайла знала: это зрелище будет вечно преследовать ее. Как она будет жить с этим? Ощущение нереальности и безграничного отчаяния охватило ее. Ощущение, будто время замедлилось, но при этом несется вскачь. Ощущение неизбежности.

– Мэйзи, – это был голос Сунила. Он вошел в гостиную вместе с Тристрамом.

Мэйзи наконец-то дрогнула. Лайла заметила, как у нее чуть затрепетал подбородок, хотя взгляда от Джонатана она не оторвала. Джонатан тоже смотрел на Мэйзи, крепко сжимая в руке пистолет.

– Давай, выйди за него замуж и нарожай кучу паршивых дикарей, – сказал он.

Мэйзи рыкнула. Кулаки Лайлы снова сжались. У этого человека что, совсем нет инстинкта самосохранения?

– Мы не будем тебя преследовать, – произнесла Лайла странно безжизненным голосом.