Книга Непристойные уроки любви, страница 105 – Амита Мюррей

Вокруг его глаз появились морщинки – лишь на долю мгновения. Не будь Лайла так досадно восприимчива к любым его выражениям, она бы этого не заметила. Так значит, мистер Тристрам, это вас задело, да? Она была рада обнаружить, что вывела его из равновесия. Пусть всего на миг, но это ей удалось. Он не предполагал, что еевнимание может переключиться.

Но тут он повернулся к ней. Этот прямой, настойчивый взгляд! Лайле пришлось отвернуться, чтобы он не успел ничего прочесть в ее глазах.

– Скажите мне, мистер Тристрам, – жизнерадостным тоном обратилась она к нему, – вы поставите на Брайтонских бегах на моего друга Кеннета Лодсли? Или же на племянника лорда Херрингфорда?

– У меня не было времени подумать об этом.

– У васесть пара серых, как мне говорили. Кажется, они невероятно хороши на бегах?

Тристрам вкратце рассказал о своих лошадях, а пока он рассказывал, Лайла искоса изучала его лицо. Похоже, он не спал несколько дней. Грустные глаза с проблеском усталости. Она вздохнула. Глупец, глупец… И тут же злорадно подумала: вот бы ему больше никогда в жизни не удалось поспать.

– Я могла бы выступить на бегах, – прошептала она.

О, теперь его губы превратились в тонкую линию. Не толще нитки.

– Разумеется, вы можете делать все, что вам угодно, – выдавил из себя Тристрам.

– И я это сделаю, – заверила Лайла. – Я всегда делаю, что мне угодно. – Она смерила его взглядом, но тут игривое настроение покинуло ее, и она снова сделалась серьезной. – Они не перенесли суд, он будет завтра?

– Боюсь, что так. Я пытался изменить дату. Но мои деньги не способны тягаться с титулом.

– А ваша кузина – она до сих пор хочет за него замуж?

– По правде говоря, не знаю. Я даже не уверен, что у нее есть к нему какие-то чувства. Но Тиффани думает, что он проявляет заботу о ней, а она по горло сыта мужчинами – включая меня, – от которых не получает ничего, кроме подарков. Теперь она знает, что я против этого союза, а ее отец был против с самого начала. Полагаю, это лишь укрепило сопротивление Тиффани. Но я не могу сделать вид, что понимаю ее. – Какое-то время они ехали в молчании. – Для Сунила все кончится плохо, – наконец сказал Тристрам.

Лайла смотрела прямо перед собой. Да, он прав. Пришло время принять очевидное: для Сунила все кончится плохо. Теперь, когда его держат в тюрьме, на хорошую развязку рассчитывать не приходится. Правда заключалась в том, что они знали, как все будет, с самого начала. Они позволили себе расслабиться, когда Джонатан уехал из города.

– Так как мы будем его спасать?

На мгновение взгляд Тристрама просветлел.

– Я должен был догадаться, что тыне впадешь в отчаяние. Даже на пять секунд.

Она тряхнула головой.

– Да, должен был. Отчаяние – жалкое, бесполезное чувство. Нам всего лишь нужен план. Можно ли… кем-то подменить Сунила?

Тристрам не смог сдержать улыбку. От этого зрелища сердце Лайлы чуть не раскололось надвое. Когда она так успела к нему привыкнуть? И почему вместо того, чтобы при виде его улыбки исполниться ненависти, она тает изнутри?

– Наши мысли сходятся, – сказал Айвор.

Она бросила на него быстрый взгляд.

– Неужели? А я думала, ты посоветуешь мне крепиться. Должна признаться, я полночи разрабатывала план по подмене Сунила на кого-то переодетого адвокатом, или священником, или еще кем-то.