Книга Последние невесты Романовых, страница 188 – Клэр Макхью

Аликс дала себе зарок, что в будущем она обязательно справится с этим.

* * *

На следующий день после обеда отец Иоанн Кронштадтский проводил специальную службу, на которой Аликс принимали в православную церковь. В церкви находились только Элла и Серж, а также Аликс и Ники. Элла пребывала в тихом восторге, ее лицо сияло. Можно подумать, что эта служба посвящена именно Элле, а не Аликс.

Аликс, поймав себя на этих мыслях, упрекнула себя. Она не должна была так думать в этот священный день!

Она испытала глубокое удовлетворение, когда ее помазали святым елеем. Она сделала это ради Ники, и любая жертва ради него была ей приятна. Аликс последнее время постоянно молилась Богу, чтобы он помог ей стать искренне веровавшей православной христианкой и служить Ему верой и правдой.

Аликс причастилась вместе с Ники, Эллой и Сержем.

* * *

В свой последний день царь Александр III разговаривал только с Марией Федоровной.

Кожа у него была серой, глаза – выпучены, ноги сильно опухли. Однако вместо того, чтобы лежать в постели, он предпочитал сидеть у окна.

По его просьбе ему принесли розы с обрезанными шипами, и он держал их на коленях, молча раздавая цветок за цветком тем, кто заходил в комнату попрощаться с ним.

Когда он протянул Аликс розу, она поняла, что потеряла дар речи. Она хотела попросить дядю Сашу помолиться за них с Ники. Не мог ли он благословить Ники и ее и воззвать к Богу с просьбой об их удаче и безопасности, когда для них настанет такое опасное будущее?

Однако она словно онемела. Она смотрела в глаза царю и видела в них тихое, задумчивое сожаление. По существу, он оставлял их на произвол судьбы, потому что у него не было иной возможности.

Ливадийский дворец, октябрь 1894 года

По мнению Альберта Эдварда, принца Уэльского, которого в кругу семьи звали дядей Берти, это было достаточно мучительно: три дня и три ночи в поезде, а затем еще морское путешествие.

Покинув Лондон с единственной целью еще раз увидеть живым Александра III, он вместе с женой Александрой добрались до Вены – и только здесь узнали, что царь уже испустил дух.

Далее они направлялись все время на восток: по железной дороге до Севастополя, а затем на катере в течение четырех часов до Ялты, небольшого городка, расположенного амфитеатром на серых, поросших кипарисами холмах, за которыми возвышались высокие горы.

Когда они высадились на берег, Берти услышал вдалеке пение муэдзина, призывавшего верующих к молитве. Молчаливая толпа горожан таращила глаза на приехавших, за которыми прибыл младший брат Александра III, великий князь Павел. У него были темные круги вокруг печальных глаз, волосы были растрепаны, он выглядел мрачным и измученным.

– У нас в семье полный хаос, – признался великий князь, когда они ехали по дороге, обсаженной пальмами и кипарисами. – Минни расстроена и пала духом, Ники подавлен, мои братья постоянно ссорятся и между собой, и с Ники, и с министром императорского двора Воронцовым. Мне ужасно не хватает присутствия Саши.

– Из-за чего же все эти ссоры?

– В основном из-за организации похорон, а также из-за желания Ники немедленно жениться.

– Но не прямо же здесь?

– В том-то все и дело, что именно здесь. Твоя племянница Аликс была принята в православную церковь за день до смерти Саши, и Ники не позволяет ей вернуться в Дармштадт. Он хочет, чтобы свадьба состоялась завтра, пока тело Саши еще находится здесь. Бедный мальчик! Он тоскует по отцу и жаждет утешения от жены. Ники никогда не хотел быть царем, как он мне сам признался, и сейчас он выглядит не уверенным в себе.