Онлайн книга «Акушерка Аушвица. Основано на реальных событиях»
|
Ана посмотрела на часы – почти полдень. – Идите сюда, рабби. Она взяла раввина под руку и повела по коридору к большому окну. Солнце заливало Петрковскую улицу. Повсюду шагали люди в яркой летней одежде. Они сидели в кафе, несли сумки с покупками домой или стояли и болтали с друзьями. А напротив больницы, на ступенях собора Святого Станислава, сидела Эстер. Она сидела в одиночестве и пристально всматривалась в толпу на Петрковской. В глазах ее горела мучительная надежда. На коленях лежал бейгл. Она крошила его пальцами, но не съела ни крошки. Ана указала на нее раввину. – Она сидит здесь каждый день – ждет, что муж вернется и найдет ее. Здесь они познакомились. И здесь он сделал ей предложение. – Как думаете, он вернется? Ана вздохнула. – Бог знает… Он был в Хелмно и бежал из горящего склада в самом конце войны. Но больше мы ничего не знаем. Мы с Эстер ездили в лес – вдруг найдется его тело… Но мы ничего не нашли… Ана посмотрела на молодую женщину и вновь вспомнила ту страшную поездку. Они видели остатки деревянных бараков, места огромных печей, где сожгли множество тел жителей Лодзи, обгоревший кирпичный склад, откуда смог бежать Филипп. Они целый день прочесывали лес. Якуб даже взял у приятеля собаку. Но найти им удалось только колокольчики и кроликов. Когда солнце опустилось совсем низко и поиски нужно было прекращать, Ана очень мягко сказала Эстер: – Его тут нет… – Наверное, это хорошо, – ответила Эстер, но по голосу трудно было поверить, что она так думает. Ана боялась, что Эстер начинает верить в смерть Филиппа. Но кто бы мог ее в этом упрекнуть? Хелмно находился совсем рядом с Лодзью. Гораздо ближе, чем Аушвиц. Если они сумели вернуться за три месяца, почему не вернулся он? – Он наверняка лечится где-нибудь, – твердила Ана, когда Эстер задавалась тем же вопросом, но надежда постепенно таяла. Война закончилась. Больницы открылись и принимали беженцев. Если Филипп все еще нуждается в лечении, его должны были доставить в больницу, и тогда имя его стало бы известно. Если, конечно, он его помнил. Ана прижалась лбом к стеклу. Они использовали все имевшиеся возможности, перебрали все, что могло случиться с бедным Филиппом. Но наверняка они знали лишь одно – он не вернулся к Эстер. И это мучило ее безмерно. – Я связалась со всеми больницами, чтобы нам сообщили, нет ли у них Филиппа Пастернака, но больше сделать ничего не могу… Если бы я смогла найти ее дочь… Раввин Друкер печально посмотрел на Эстер и кивнул. – Я сделаю все, что в моих силах… Обещаю… – Вы хороший человек. Он повернулся к ней. – Не уверен в этом, госпожа Каминская. Похоже, в последние годы планка слишком снизилась. Ана сжала его руку. – Это неправда! Нацисты пытались окутать нас атмосферой ненависти, но как только морок рассеялся, мы узнаем все больше и больше примеров отваги и доброты. Дети, которых вы ищете, были спрятаны. О них заботились. Многие евреи выжили благодаря смелым людям, которые прятали их. Способность заботиться о ближних своих дарит нам будущее. Раввин улыбнулся. – Мне нравится мир, куда вы приводите младенцев, Ана Каминская. Ана улыбнулась в ответ, но глаза ее следили за Эстер, которая неподвижно сидела на ступенях собора. – Как бы мне хотелось привести туда ее младенца, рабби. – Номер 41400? |