Книга В постели с бандитом, страница 9 – Ая Кучер

За эти два бесконечных года я уже столько потеряла — праздники, дни рождения. Не хочу терять хоть ещё один день…

Нет. Лучше остаться в клетке Мансура, чем вовлечь близких в неприятности.

Минута тянется за минутой. Время растянуто, вязкое, будто капает по капле из треснувшей трубы.

Я не уверена, сколько прошло. Пять? Десять? Час? В груди всё равно тяжело, будто каждая секунда становится отдельным камнем и кладётся на грудь.

Я не могу сомкнуть глаз. Не имею права. Мой взгляд прикован к двери. Чёртов прямоугольник, на который навалено всё моё внимание.

Кажется, стоит ей дрогнуть, качнуться, и я сорвусь, закричу. Дверь — мой кошмарный маяк.

За окном ночь. Темнота просачивается сквозь мутное стекло, режет глаза. А его всё нет. Мансур не пришёл.

И это хуже. Гораздо хуже. Потому что ждать его — хуже, чем снова встретиться лицом к лицу.

Ожидание царапает кожу, как наждачка. Выкручивает нервы, словно в них вставили крючки и тянут в разные стороны.

Глаза слипаются. Веки тяжёлые, как будто на них повесили гири. Усталость накрывает с головой.

Но в голове — гул. Мысли жужжат, как разъярённый рой. Я не могу отключиться. Не могу позволить себе.

Нельзя спать. Ни за что. Я не должна пропустить момент, когда хищник приблизится.

Я шепчу про себя: «Не спать. Нельзя. Нельзя…». Но голос всё тише, тише. Паника борется с усталостью.

Я прикрываю глаза на секундочку. Клянусь, всего на секундочку!

Но резкий щелчок замка врезается в уши так громко, что я подскакиваю. Оглядываюсь, понимая, что за окном уже солнце. Утро.

Я заснула! Господи, как я могла?! Если бы он пришёл ночью, я бы даже не заметила.

Меня трясёт от разочарования, от собственной слабости. Я корю себя, кусаю губу до боли.

Выдыхаю шумно, тяжело. В груди чуть легче, потому что Мансур он не появился.

И это маленькое облегчение обжигает теплом. Может, там у него и правда проблемы на юге? Настолько серьёзные, что ему будет не до меня.

Пусть лучше разбирается с колоннами машин, с врагами, с чем угодно! Пусть лет через двадцать только обо мне вспомнит…

И то случайно.

Но дверь распахивается, и мои надежды рушатся. На пороге появляется амбал.

Его глаза сразу обводят комнату внимательным взглядом. На долю секунды он дёргается, заметив пустую кровать.

Лицо напрягается, брови сходятся, и я почти чувствую его испуг. Словно он уже мысленно представлял, как его будут рвать за то, что пленница исчезла.

Но тут его взгляд натыкается на меня в углу. Плечи расслабляются, губы чуть поджимаются, скрывая облегченную улыбку.

— Проснулась? — хмыкает он. — Отлично. Мансур ждёт тебя.

Я вхожу в кабинет и почти сразу сглатываю. Воздух здесь другой — плотный, тяжёлый, как будто пропитан его запахом и властью.

Внутри всё дрожит. Каждая клетка будто знает: сейчас он рядом. И от этой близости внутри всё трещит по швам — страх, злость, воспоминания, всё вперемешку.

Кабинет отражает Мансура с пугающей точностью. Просторный, строгий, без ни одной лишней детали.

Я сглатываю снова, когда замечаю самого Мансура. Он сидит в кресле — вальяжно, как будто мир принадлежит ему.

Нога закинута на ногу, рубашка расстёгнута на одну пуговицу, запястье обнажено, часы поблёскивают металлом.

Лицо спокойное, слишком спокойное, без единой эмоции. И именно это спокойствие — самое страшное.