Книга Мать велела герань не поливать, страница 77 – Таша Муляр

– Да, что уж тут думать! Нужно срочно оформляться, а то билетов на поезд не будет на эти даты. Они, кстати, проезд в купе, представляете, оплачивают! – торжественно произнесла Мария Антоновна, словно это ее личная заслуга.

Тем временем женщины почти подошли к трамвайной остановке. Мимо них проезжал трамвай, следовавший в другую сторону. Он буквально только что закрыл двери и тронулся в путь вдоль леса. Внутри вагона, лицом к Надежде Семеновне, стоял тот самый седовласый мужчина из электрички. Вначале показалось, что обозналась. Когда трамвай был еще на остановке, а они шли по липовой аллее, Надежда увидела стоящего в ожидании высокого пожилого мужчину. Издалека он показался смутно знакомым, хотя что уж там с ее зрением можно разглядеть вдалеке-то? С таким же успехом и фонарный столб можно принять за кого угодно, особенно с ее фантазией и воображением.

Мелькнула мысль, что это может быть «ОН». Господи, она даже не знает его имени. А ведь ездила, хотела найти и встретить, мысленно разговаривает с ним весь месяц после мимолетной и, казалось бы, единственной встречи. Она уже и не надеялась, что в таком большом городе…

– Надя, Надежда Семеновна, там наш трамвай, бежим скорее, следующий только через двадцать минут! Да что с вами! – тянула ее за рукав семенящая рядом Мария Антоновна.

Та стояла, застыв посреди жаркого, пыльного города, до одури пахнущего медом цветущих лип, выхлопными газами и терпкими телами уставших от июля жителей, и провожала взглядом уходивший вдаль трамвай. В голове была только одна мысль: а вдруг не ошиблась и это правда был он?

* * *

Удивительная способность человеческого мозга фиксироваться на вроде бы незначительных для индивидуума событиях, наделять их мистической составляющей, дорисовывать детали, верить и проживать словно наяву не существующие события. Как говорил закадычный друг Георгия Константиновича Миша, «сам придумал, сам поверил, сам прожил».

Именно такая история с ним самим сейчас и происходит. Кому расскажи, покрутят пальцем у виска, особенно если узнают, сколько годков принцу, влюбленному в несуществующую нимфу. Женщина из электрички не выходила у него из головы. Думал о ней постоянно, и его это начало беспокоить. Да, беспокоил факт, что он, старый человек, думает и пребывает в мысленном диалоге с женщиной, которую мимолетно встретил всего раз в жизни. Это походило на сумасшествие. Он пытался ее забыть, но серо-зеленые глаза смотрели на него взглядом покойницы-жены и будто извинялись, обещая совсем другую жизнь, не такую, как у них была, намного лучше и спокойнее, словно Лидочка материализовалась через ту женщину и разговаривала с ним. Тут можно подумать, что Георгий Константинович был неверующим и эзотериком. Что ж? Может, и так, хотя в определениях чужой личности можно ошибиться. Вообще до смерти супруги он мало задумывался о загробной жизни, был прагматичен, да и у коммунистов Бога нет, а бывших коммунистов не бывает.

Кстати, именно на этой почве у него чаще всего и возникали разногласия с женой. Она не раз убеждала его сходить с ней в храм, предлагала обвенчаться, предварительно покрестившись. Он стоял на своем, и ее это очень расстраивало, особенно когда они узнали о ее смертельном диагнозе. Теперь, после ухода Лидочки в мир иной, Георгий Константинович сожалел о своей упертости. «А вдруг это все правда и там что-то есть? Что не покрестился? Хуже бы не было, а Лидочка была бы рада», – размышлял он, посещая могилу супруги.