Книга Мрачные ноты, страница 183 – Пэм Гудвин

– Вы пришли обокрасть меня. – Я сжимаю кулаки. – Но как вы проникли внутрь?

– Я догадался, какой код доступа у Айвори, – отвечает Шейн, на секунду отвлекаясь от работы.

Дерьмо. Серьезный косяк с моей стороны.

И что дальше? Лоренцо вошел в дом, а Шейн остался на шухере? Айвори сопротивлялась. Каким-то образом Шуберт попал под раздачу. Я не стану выпытывать эти подробности у Шейна. Айвори сама расскажет мне, когда будет готова.

– Она не должна была быть здесь, – напряженно бормочет Шейн, уставившись в землю.

– Но она была. Как думаешь, что` Лоренцо собирался с ней сделать после того, как изнасиловал бы ее? Оставил бы в живых, чтобы она опознала его, после того, как он ограбил дом?

– О боже.

Он опускает голову, сжимая в руках рукоять лопаты с такой силой, что пальцы белеют.

– Догадываешься, почему я ударил тебя той ночью?

Он молчит, сердито уставившись в землю, его ноздри трепещут.

– Она пришла на занятия с разбитой губой.

Мои слова сочатся отвращением. Шейн закрывает глаза, и его лицо искажается от боли.

Я нахожу какое-то нездоровое утешение в его чувстве вины.

– Брат обязан защищать свою сестру. Противостоять хулиганам. Броситься в огонь. Жизнь свою отдать ради нее, черт подери.

Его тело дрожит, и он опирается на черенок лопаты, как на костыль.

– Черт, да, я облажался. – Он отпускает лопату и обхватывает голову руками, в его глазах застывает боль. – Она много раз говорила мне об этом, но я не слушал. Я просто был… так зол на нее. Из-за школы и ее отношений с отцом. А потом она вдруг раз, и начала жить в этом огромном особняке…

На самом деле мне плевать на его оправдания. Мне просто нужно знать, будет ли он и дальше представлять угрозу для Айвори.

Поднявшись со скамейки, забираю у него лопату и начинаю копать.

– Значит, звонок Лоренцо натолкнул тебя на мысль обокрасть сестру? С его опытом в грабежах, ты ухватился за возможность украсть частичку ее счастья для себя.

– Да, – хрипло шепчет он, опуская руки, и смотрит в сторону моего дома.

Я опускаю Шуберта в яму, сглатываю печаль, застрявшую в горле, и начинаю закапывать могилу.

– Я должен был бы похоронить тебя вместо Шуберта.

Шейн хмурится, но его глаза сверкают решимостью.

– Я обещаю, что больше никогда не доставлю сестре хлопот. Черт, я буду держаться подальше от нее всю свою оставшуюся гребаную жизнь. Это единственное, что я могу ей предложить.

А я готов пожизненно оплачивать услуги частного детектива, чтобы быть уверенным в этом.

– Теперь пришло время заняться другим делом.

– Да. – Он поднимает голову, глядя в темнеющее небо над восточным горизонтом. – Я знаю подходящее место.

Проснувшись, я ощущаю ломоту в мышцах от событий минувшего дня. Тусклый свет лампы нарушает полумрак спальни, отбрасывая тени на бледное лицо моего брата, который сидит, ссутулившись, в кресле возле моей кровати. Тревожно видеть его в этом доме, который всегда олицетворял собой безопасность, счастье и любовь. Но я не боюсь. Эмерик предпочел бы его убить, чем оставить со мной наедине.

Я перевожу взгляд к изножью кровати и встречаюсь с беспокойством и преданностью в ослепительно-синих глазах. Мое сердцебиение учащается.

Эмерик однажды сказал мне, что, если кто-нибудь вздумает навредить мне, ему не жить. И это были не просто слова. Лоренцо мертв. Он больше не сможет причинить мне боль. Я все еще нахожусь в состоянии шока, сердце разрывается от боли из-за потери Шуберта, и меня не покидает чувство беспокойства из-за того, что Эмерик рискует своим будущим ради меня. Но мы справимся с этим, несмотря ни на что. Вместе.