Книга Мрачные ноты, страница 164 – Пэм Гудвин

Шейн отводит взгляд, разрывая связь, и проводит рукой по волосам.

– Кто-то до сих пор оплачивает все счета.

Я жду реакции Эмерика, но он стоит неподвижно и безмолвно, словно каменная глыба, хотя, несомненно, взвешивает каждое слово и, безусловно, готов в любое мгновение раскрыть наши отношения, если мой брат совершит какую-нибудь глупость.

– Я не могу оставить тебя без крыши над головой. На данный момент.

Я молча благодарю мужчину, который стоит рядом со мной, за то, что взял на себя мои расходы и облегчил мою жизнь.

– Я уезжаю на некоторое время. – С угрюмым выражением и опущенными по бокам руками Шейн делает шаг в нашу сторону. – Но я бы не хотел лишиться папиного дома.

– Куда ты собрался? – интересуюсь я, испытывая головокружение.

Мой брат протягивает руку и бесцеремонно убирает что-то с лацкана пиджака Эмерика.

Эмерик заметно напрягается и поджимает губы. Я буквально перестаю дышать.

Шейн зажимает между пальцами один из рыжих волосков Шуберта. Ухмылка искажает его лицо.

– Раньше я тоже жил с котом. Вся одежда была в его гребаной шерсти. – Он выбрасывает волосок и окидывает меня многозначительным взглядом. – Я скучаю по нему.

Я нервно сглатываю застрявший в горле комок, кожа покрывается холодной испариной. Он догадался. Проклятье, он все понял.

Он смотрит мне прямо в глаза, и в его тоне появляются ожесточенные нотки:

– Иди ко всем чертям. – Шейн засовывает руки в карманы и разворачивается. – Счастливо оставаться.

Я все еще не решаюсь сделать вдох, пока наблюдаю, как его темный силуэт пересекает парковку, движется к дороге, растворяясь в тенях улицы. Дороге, которая приведет его к автобусной остановке. Туда, куда бы он ни отправился. Надеюсь, что там он забудет обо мне и о мужчине рядом со мной.

– Садись в машину.

Тихий голос Эмерика выводит меня из оцепенения.

Я регулирую темп, бегу быстрее, напряженнее, позволяя жжению проникать глубоко в мышцы. Цифровой дисплей на тренажере показывает больше восьми миль. Мне осталось пробежать еще две мили, но сегодня утром, возможно, позволю себе пробежать меньше. Сегодня суббота, и мне не терпится вернуться в постель к Айвори.

Я бы до сих пор был с ней, если бы не мой внутренний будильник. А может, это был очередной кошмар. Сплю я или бодрствую, но не могу избавиться от этого хронического чувства страха.

Прошло уже пять дней с тех пор, как Шейн Вестбрук исчез. Он покинул парковку, и все. Пропал. Усадив Айвори в машину, я еще долго разъезжал по улицам, пытаясь его найти. А позже возложил эту задачу на своего частного детектива.

Дома его не было. У нас он тоже не появлялся, как и ни в одном из баров Тримейя, да и вообще где-либо в Новом Орлеане.

Он является угрозой и может разоблачить наши отношения с Айвори, но я постоянно спрашиваю себя: «Зачем ему это?» Он ничего от этого не выиграет, кроме моей мести. Зачем рубить сук, на котором сидишь? Кто будет оплачивать его счета? Он только лишится отцовского дома, который и стал поводом для его нежданного визита. Ну, еще он приходил, чтобы попрощаться с Айвори.

Скатертью ему дорога.

Мои кроссовки стучат в такт с дыханием, а все мысли устремлены к сегодняшнему вечеру. Торжественный концерт камерной музыки пройдет сегодня при полном аншлаге. Айвори на годы опережает своих сверстников и слишком талантлива для произведений, которые она играет.