Книга Мрачные ноты, страница 143 – Пэм Гудвин

– Шесть. – Он отстраняется, вытирая рот тыльной стороной ладони. – Последний будет нашим совместным.

– Больше не надо. – Моя голова отяжелела, и подбородок опускается на грудь, когда я пытаюсь набрать в легкие воздух. – Прошу тебя.

Эмерик приподнимает мою голову пальцем, его взгляд обжигает мои губы, а его голос переходит в шепот:

– Мне нравится, когда ты умоляешь.

Он встает и несколькими ловкими движениями освобождает мои запястья и лодыжки от оков.

Я наваливаюсь на него, мои мышцы, как вода, наливаются и опадают. Но Эмерик удерживает мое обессиленное тело в своих сильных руках, прижимая к чертовски красивой груди.

Тепло его рук исчезает с мой спины, уступая место твердой холодной поверхности крышки рояля. Эмерик укладывает меня лицом вверх, мои ноги направлены в противоположную от клавиш сторону, плечи на краю, где я сидела. Моя голова свисает вниз и касается черно-белого полотна.

И без того сверхчувствительная кожа становится еще горячее, хотя кровь из-за гравитации устремляется к мозгу.

– Что ты делаешь?

Он обходит рояль, изучая мое тело, словно запечатлевая в памяти каждый его дюйм. Его пальцы щекочут кожу, когда прокладывают дорожку от моей шеи к груди, а затем очерчивают круг вокруг пупка и задерживаются между ног.

Мои бедра приподнимаются навстречу этим прикосновениям, напрягаясь, чтобы сохранить его тепло. Несмотря на то что Эмерик только что закончил терзать мою грудь и пытать меня оргазмами, я жажду большего. Должно быть, он закоротил мой мозг.

Снова застегивая наручники на моих запястьях и лодыжках, он эффектно распластал мое тело в виде буквы «Х» на своем «Фациоли». Когда Эмерик возвращается к моей голове, моему взору предстает вид его налитого члена, упирающегося в молнию джинсов.

Эмерик расстегивает ширинку.

– Ты знаешь, с какой силой сосать. – Спустив джинсы, он высвобождает свой внушительный стояк. – Ты знаешь, с какой скоростью работать своим дерзким порочным язычком.

С каждым его словом жар между моих ног усиливается.

Прикоснувшись головкой к моему рту, он сжимает ствол в кулаке и размазывает солоноватый предэякулят по моим губам.

– Постучишь правой рукой по крышке рояля, если захочешь, чтобы я остановился. Скажи, что поняла меня.

– Я… – Мое влагалище сжимается от желания и ощущения пустоты. Такое непривычное чувство. – Я постучу, если в этом будет необходимость.

Он обхватывает рукой мою свисающую голову, и его пальцы служат своеобразным буфером между затылком и деревянным корпусом рояля. Прищурившись, но не сводя с меня глаз, Эмерик берет свой член в руку, скользит им по моим щекам, а затем надавливает головкой на мои губы.

Я инстинктивно открываю рот. «Сделай это уже».

Его взгляд проходит по моему телу, когда его ствол скользит по моему языку. С губ Эмерика срывается стон, и он толкается в мой рот.

Эмерик неудержим в своем наслаждении. Он безжалостно и настойчиво скользит между моих губ, трахая мой рот, как будто трахает мою киску.

Его бедра прижимаются к моему лбу, пока он стискивает пальцами мою голову, удерживая ее и путаясь в моих волосах. Я же могу лишь покорно лежать, с обездвиженными руками и ногами, расслабив горло и открыв рот для его удовольствия.

Склонившись над моей грудью, Эмерик сжимает ее свободной рукой, пощипывая сосок и вновь терзая его своим горячим ртом.