Книга Мрачные ноты, страница 129 – Пэм Гудвин

Я никогда не была порядочной, я порочна настолько, насколько того хочет Эмерик, и это оставляет в горле болезненное удовольствие. Он стремится трахнуть меня так глубоко, насколько это возможно, потому что в его руках сосредоточена вся власть надо мной, и он тот мужчина, которого я жажду самым извращенным, самым пугающе прекрасным образом.

– Просто… подними… свою чертову… руку.

Его слова чередуются с неистовыми резкими толчками.

Я впиваюсь ногтями в его бедра. Безмолвная мольба. «Не останавливайся».

Он двигает бедрами и тянет меня за волосы, его прерывистое дыхание выходит из-под контроля. Как только начинаю ловить себя на мысли, что больше не выдержу, натиск стихает. Эмерик замедляет толчки, гладит меня по волосам и наполняет мой рот своим семенем.

Его тело содрогается, и мое имя слетает с его губ на выдохе и эхом разносится по залу.

Я ощущаю силу. Растворяюсь в ней. Его руки дрожат, и я переплетаю наши пальцы вместе. Он мой.

– Это еще что? – спрашиваю я на следующее утро, щурясь от слепящего солнца и шагая к незнакомой машине, припаркованной у дома Эмерика.

Он выходит следом за мной из дома и обгоняет меня.

– «Порше Кайен».

– И-и-и? Почему он здесь? – Я была уверена, что он отвезет меня в клинику на своем мощном авто. – Откуда он взялся?

На своих сильных ногах он спешит к белому спортивному внедорожнику, представляя мне возможность полюбоваться его великолепной задницей в джинсах с низкой посадкой. Пикнув брелоком, Эмерик распахивает водительскую дверцу, а затем поворачивается ко мне, скрестив руки на груди.

Футболка обтягивает рельефные бицепсы и широкие плечи, а складки джинсовой ткани подчеркивают внушительную выпуклость между ног. Совершенно не стесняясь, я позволяю своему взгляду блуждать по его телу, и мои губы растягиваются в довольную улыбку, когда я вспоминаю, как его набухший член вторгался в мое горло минувшим вечером.

– Посмотри на меня. – В его тоне слышится упрек, заставляющий меня поднять глаза. – Его доставили сегодня утром.

Я прикусываю губу. Лучше бы этот автомобиль предназначался не мне.

– Мне казалось, ты предпочитаешь громкие, пожирающие бензин американские тачки.

Синева его глаз чарующе сияет на солнце.

– Ты права. Но это один из самых безопасных внедорожников на рынке.

Проклятие, он действительно для меня. Очередной совершенно ненужный подарок. Теперь я понимаю, зачем Эмерик интересовался в начале недели, есть ли у меня водительские права.

– Спасибо, но нет…

– Это не обсуждается.

– Э-э, но… В школе и так сложно объяснить мой обновляющийся гардероб. А тут машина? Ни за что. – Я упираю руки в бока. – Верни его.

– Нет.

Он бросает ключи в мою сторону.

Я позволяю им упасть на подъездную дорожку под моими ногами и одариваю Эмерика своим лучшим сердитым взглядом.

Его губы сжимаются в тонкую суровую линию. Дерьмо. Мой пульс учащается.

Сцепив руки за спиной и не сводя с меня взгляда, он движется в мою сторону размеренными шагами.

Дерьмо дерьмовое. Опускаю руки и осматриваюсь по сторонам. Мы находимся позади дома, скрытые от посторонних глаз с улицы. Высокие раскидистые дубы служат живой стеной, ограждающей нас от соседних участков. Не то чтобы меня пугает перспектива остаться с ним наедине, когда он на взводе, хотя, может, так оно и есть. Но любое проявление страха приглушается пьянящей смесью «владеть-подчиняться», которая превосходно нас объединяет.