Книга Курс 1. Ноябрь, страница 16 – Гарри Фокс

Внутри у меня всё похолодело. Баловать. Приодеть. В кармане лежало несколько жалких монет, оставшихся с прошлой выплаты из Питомника. Официального жалования как «наследного принца» мне, разумеется, никто не назначил. Родители… я даже не пытался писать им с просьбой о деньгах после всего, что случилось. Они бы просто проигнорировали. Ирония ситуации била по голове: я, граф Дарквуд, наследныйпринц, был на мели. Нищий принц. Великолепно.

— Лана, не стоит… — начал я, но карета уже плавно остановилась.

— Стоит! — перебила она меня решительно и распахнула дверцу, не дожидаясь кучера.

Я выглянул наружу. Мы стояли у тротуара перед внушительным фасадом магазина. Вывеска из тёмного дерева с серебряными буквами гласила: «Ателье „Серебряная Нить“ — одежда для особых случаев». В огромных витринах манекены были облачены в роскошные камзолы, платья из парчи и бархата, отороченные мехом и расшитые сложнейшими узорами. Цена на один такой наряд, вероятно, равнялась годовому бюджету небольшой деревни. У меня свело желудок.

Дверца кареты захлопнулась за нами с таким звонким щелчком, будто навсегда отсекла меня от тихого, сонного уюта внутри. Утро в городе оказалось ясным, холодным и шумным. Воздух звенел от криков разносчиков, скрипа телег и всепроникающего запаха — смеси выпечки, конского навоза и дыма из печных труб.

— Ну, пошли! — Лана сцепила свою руку с моей и потянула к сияющим витринам «Серебряной Нити». Её глаза горели азартом охотницы, высмотревшей дичь. — Я уже вижу идеальный камзол. Тёмно-вишнёвый, с серебряным шитьем по вороту…

Малина вышла следом, её осенний плащ был застёгнут на все пуговицы. Она бросила скучающий взгляд на ателье, словно это была лавка гробовщика, и поплелась за сестрой, явно считая всю эту затею пустой тратой времени.

В животе у меня всё сжалось в один тугой, тревожный комок. Сонная голова, пустой кошелек и перспектива часа примерок под восторженные комментарии Ланы… Нет, просто нет.

— Лана! — окликнул я её, прежде чем она успела втянуть меня в роскошную пасть магазина.

Она обернулась, бровь вопросительно поползла вверх.

— Я… пройдусь немного. Разомну ноги после дороги. Голова тяжёлая, — я сделал вид, что потираю виски. — Выбери что-нибудь… ну, на свой вкус. Я доверяю. Подойду через десять минут.

На её лице промелькнула тень недовольства, но она тут же взяла себя в руки и махнула рукой:

— Ладно, ладно. Только не задерживайся! И не покупай какую-нибудь дрянь в первой попавшейся лавке! — Она повернулась и решительно шагнула в ателье, увлекая за собой вечно недовольную Малину.

Облегчённо выдохнув, я потянулся, заставив суставы хрустеть. Городской воздух, хоть и пахнул не розами, но был свеж и бодрящ.Я свернул с центральной, вымощенной булыжником улицы в узкий переулок.

Здесь было оживлённо, но по-другому. Мимо сновали люди всех мастей: горожане в добротной, но простой одежде с корзинами, слуги в ливреях с гербом Бладов, солдаты городской стражи в кирасах. И, конечно, аристократы — их было видно сразу. Не столько по одежде (хотя и по ней тоже), сколько по манере держаться: неспешной, высокомерной, с взглядом, скользящим по окружающим, как по мебели.

И глядя на них, на этот шумный, кипящий жизнью город, мысль ударила меня с неожиданной, почти физической силой: Хм. А ведь это всё, в каком-то смысле, скоро будет моим. Когда женюсь на Лане… Все эти люди — от важного барона до последнего водоноса — присягнут на верность не только Бладам, но и мне. Дарквуду. Нищему графу, которого тут никто не знает в лицо.