Книга Курс 1. Ноябрь, страница 15 – Гарри Фокс

И в этот момент карета наскочила на особенно крупный камень или кочку.

Кузов дёрнулся, Малина, не готовая к толчку, потеряла равновесие и рухнула вперёд. Вместо того чтобы мягко прикоснуться губами к моим, она со всего размаха ткнулась лицом мне в лицо. Я почувствовал резкую боль в носу — её зубы, сами того не желая, сомкнулись на кончике моего носа.

— Ай! — я вскрикнул от неожиданности и боли, мгновенно просыпаясь.

Перед моими затуманенными сном и болью глазами возникло разгневанное лицо Малины. Она отпрянула, держась за сиденье, её щёки пылали, а в глазах горел театральный, ничем не прикрытый гнев.

— Ты что это⁈ Меня поцеловать хотел⁈ — выпалила она громким шёпотом, полным праведного негодования.— Пока моя сестра спит⁈ Я ей всё расскажу! Извращенец!

И с этими словами она с шумом плюхнулась обратно на своё место, демонстративно развернулась к бойнице и уставилась в неё, сделав вид, что наблюдает за пейзажем, которого в предрассветной тьме не было видно.

Лана лишь крякнула во сне, потянулась и крепче обхватила мою руку.

Я сидел, потирая укушенный нос, и чувствовал себя абсолютно идиотом. Голова гудела от недосыпа, в носу пульсировала боль, а в воздухе висели нелепые обвинения. Я посмотрел на взъерошенную, «оскорблённую» Малину, потом на мирно спящую Лану, потом на череп, который лежал на сиденье, будто невинно уставившись в потолок кареты.

«Что, чёрт возьми, только что произошло?»— было единственной связной мыслью в моей полностью сбитой с толку голове. Ответа, разумеется, не последовало. Только стук колёс, храп Ланы и ясное ощущение, что эта поездка станет куда интереснее, чем я предполагал.

Я проснулся от того, что карета перестала мерно покачиваться и замерла, а вместо стука колёс в ушах стоял городской гул — отдалённые крики торговцев, скрип повозок, обрывки разговоров. Сознание медленно возвращалось. Я лежал, прислонившись головой к окну, и видел, как мимо проплывают каменные фасады городских домов, украшенные гербами и флагами.

Напротив меня сидели Лана и Малина. Лана оживлённо жестикулировала, а Малина, подперев щёку рукой, слушала с ленивым интересом, а затем добавила.

— … и говорят, что в этом сезоне в столице в моде «пепел рассвета» и «кровь дракона», — рассказывала Малина своим монотонным голосом, будто перечисляя ингредиенты для яда. — Тёмные, насыщенные, с металлическим отливом. Совсем не то, что эти унылые пастельные тона, которые носили прошлой зимой.

— Доброе утро, — пробормотал я, с трудом отлипая языком от нёба. Во рту было сухо и неприятно, словно там ночевала кошка и забыла прибрать за собой.

Лана тут же оживилась. Она вскочила со своего места, перегнулась через узкое пространство кареты и обхватила меня за шею, осыпая лицо быстрыми, влажными поцелуями.

— Проснулся, наконец-то, соня! — защебетала она. Её близость и запах духов на секунду перебили тошнотворный привкус во рту, но ненадолго.

— Уже давно день, — пробурчала Малина, не глядя на нас, а разглядывая свой ноготь. — Мы даже успели проехать мимо ярмарки. Там торговали какими-то сомнительными амулетами. Один даже пискнул, когда я на него посмотрела.

Я отстранился от Ланы, стараясь незаметно сглотнуть и прогнать мерзкий вкус.

— Ага. Мы что, уже в поместье?

— Нет ещё, глупыш, — Лана уселась обратно, но её глаза сияли азартом. — Я решила немного срезать путь и заехать в город. Хочу побаловать своего мужчину. Приодеть тебя, как подобает будущему моему мужу… — она с легким презрением потянула за рукав моей слегка помятой дорожной рубашки.