Книга Курс 1. Ноябрь, страница 100 – Гарри Фокс

— Ладно, ладно! — наконец сказал я громко, перекрывая их гвалт. — Успокойтесь оба. Громир, приберёшься — молодец. Зигги, не разбрасывай свитки по полу. А Оливию… представлю. Как-нибудь. Не раньше, чем ты перестанешь напоминать медведя, наступившего на грабли.

Громир, наконец, отпустил Зигги, который шлёпнулся на кровать с обильным фырканьем. Рыжий великан обернулся ко мне, и в его глазах снова вспыхнула надежда.

— Обещаешь?

— Обещаю подумать об этом, — сдался я, понимая, что иначе покоя не будет. — А теперь давайте-ка лучше подумаем, как нам не провалить завтрашнюю практику по защите. А то там не до знакомств будет.

Но по довольной ухмылке Громира было ясно — его мысли уже далеко, в каком-то чистом, уютном будущем, где пахнет печеньем и свежими простынями, а не порохом и магическими реактивами. Мне оставалось только вздохнуть и надеяться, что это увлечение не обернётся для него очередной шишкой на сердце.

Мы проснулись, как обычно, под вой будильного звона, позавтракали в шумной столовой, где Громир успел съесть порцию за троих, и теперь возвращались в комнату за учебными сумками перед практикой.

— Ох, практика, — кряхтел Громир, растягивая затекшие мышцы. — А потом хоть и благо — пары отменили. Новый тур по «Горячему Яйцу». Не очень люблю эту игру, но в такие моменты прям секас.

Зигги, не отрываясь от конспекта, который читал на ходу, не глядя ткнул его локтем в бок.

— Эй! Кхм… Извини, Роберт, — буркнул Громир.

— Ничего, — отмахнулся я. — Вы после практики идите сразу на игру. А я… пожалуй, загляну в Питомник. Побуду с существами. Им что-то совсем нездоровится в последнее время.

Громир нахмурился, отвлекаясь от мыслей о еде и предстоящей уборке.

— Ты уверен? Опять туда? Там же…

— Да, да, всё хорошо, — прервал я его, не желая углубляться в детали. Просто тишина, простые (относительно) звериные заботы и отсутствие придворных интриг казались сейчас раем.

Мы зашли в комнату. И замерли на пороге.

Было… божественно чисто. Солнечный свет, падающий из окна, лежал на отполированной поверхности стола, не встречая ни пылинки. Книги на полках стояли ровными рядами, по корешкам. Одежда, обычно разбросанная по стульям, исчезла (видимо, отнесена в стирку или аккуратно сложена). Даже стекло на окне блестело.

— Вау, — ахнул Зигги, снимая очки и протирая их, будто не веря глазам. — Так чисто не было даже в день нашего заселения.

В этот момент из-за угла, ведущего в нишу с полками, появилась Оливия. Она ставила на место последний, казавшийся идеально ровным, стопку учебников. Увидев нас, она не смутилась, лишь слегка склонила голову.

Громир, который уже открыл рот для очередного комментария, вдруг покраснел, как маков цвет. Он стоял, переминаясь с ноги на ногу, и смотрел на Оливию так, будто она была не служанкой, а явившейся в наш хлев богиней порядка.

— Спасибо, Оливия, — сказал я. — Ты… лучшая.

— Пожалуйста, господин, — она улыбнулась мне.

Я решил разрядить обстановку.

— Тебя устроили достойно? Всё хорошо с комнатой?

— Да, господин, всё прекрасно. Благодарю Вас.

Тут Громир бросил на меня взгляд, полный немой мольбы. Ладно, думаю, будь что будет.

— Оливия, хочу тебя познакомить со своими друзьями.Это Сигизмунд, — я кивнул на Зигги, который тут же сделал вид, что снова погрузился в конспект, — и Громир. Мы тут в академии, так что к ним можно обращаться просто по именам.